Свет. Тень. Мне куда-то надо. Кого-то зову…

Удар на щит. Подсечка. Замах, поворот, добила…

Новый отскок. Натужное: «Хе-ек!» — клевцом…

— Смерть воссоединится с тобой, призывая…

Омерзение. Торжество. Вновь: разворот — замах — доворот — зацеп…

Проснувшись рывком, явно по привычке кинула руку на рукоять, однако оружия не было. Броском вскинула себя на ноги, приняла защитную стойку… И только потом осознала, что сделала.

Вот это рефлексы! Нет, это точно не мое поведение. Вновь опустившись на пол, нащупала одеяло, легла и начала анализировать случившееся. Выходит, что, став такой, я в довесок получила нечто — пока назову это способностями. Я получила способности, о которых ничего не ведаю, но в бессознательном состоянии они проявляют себя. Интересно, какие еще открытия меня ждут? Попыталась прислушаться к себе — вроде ничего необычного, все так, как всегда. Хотя нет. Не совсем. Что-то просилось изнутри. Вертелось на языке. Набрав полную грудь воздуха, неожиданно для себя прошептала:

— Пусть свет непрестанный светит.

И от этих слов на меня нахлынули радость, уверенность, внутренняя сила, спокойствие… Это невозможно описать, но… Попробовала порыться в памяти, в попытке понять, что же именно я такое сказала, но безуспешно. Ладно, и на том спасибо. Теперь хоть знать буду, что если припрет сказать что-нибудь этакое, то сильно удивляться не стоит.

Я резко дернулась, услышав отдаленный звук, но тут же успокоилась, узнав шаги черноволосого. Та-ак, день открытий еще не закончился… Однако размышлять времени уже не было, оказывается, наступило утро и за мной пришли, чтобы отвести к загадочному советнику. Эх! А я ведь так и не знаю, что должна ему говорить. Я вообще ничего не знаю!

Показался гном, неся в одной руке факел, а в другой какой-то сверток.

— Не спишь? — бросил он, устанавливая факел в держатель. — Хорошо. Сейчас сюда придут Норри с Дарином. Мы решетку поднимем, не вздумай шалить. Вчера, когда мы были растеряны, ты еще могла что-то сделать, но сейчас свой шанс упустила. Ясно?

Он меня что, запугивает?! Но я кивнула.

— Молодец. Это тебе все к тому говорю, чтоб чего лишнего не сделала. Поняла?

Я вновь кивнула, хотя от этих слов мне стало неуютно. А гном, просунув сверток через решетку, бросил его на пол.

— Плащ надень, чтоб все чин по чину было. Я не Норри — это он, как мастер, за тебя поручился, а по мне — еще пару стражников для надежности привести следовало бы.

— Глупостей не будет, — произнесла я слегка севшим голосом.

Ох ты ж! А голосок-то у меня под стать телу: низковатый, с хрипотцой и явно ощутимым металлическим придыхом.

— Заговорила? — вскинул бровь черноволосый. — Вот и славно. Значит, Норри поблагодарить сможешь.

— Поблагодарю, — сухо бросила я.

Не люблю, когда на меня давят; дома такого обращения терпеть не могла, а в этом теле, похоже, и подавно. Гном, не обращая внимания на мой тон, куда-то отошел и тут же вернулся, неся в руках цепи, к концам которых были приклепаны полукольца. Кандалы? На меня, что ли?!.. Ну, знаете ли!

А он положил их у противоположной стены и вновь утопал. Вид оков меня не обрадовал, а если точнее сказать — привел в подавленное состояние. Не желая смотреть на цепи, я подошла к брошенному гномом свертку и, подняв, развернула его. Это оказался плащ серого немаркого цвета с вышитым на левой стороне стилизованным мечом, заключенным в круг. Символ всколыхнул во мне что-то знакомое. Попыталась ухватиться за образ, но он, мелькнув, растворился. Похоже, мне предстояло очень многое узнать. Только вот лучше бы эти знания приходили побыстрее, а то чует мое сердце: в жестком мире клинка без них не выжить. Размажут в первой же серьезной передряге, как масло по хлебу.

Черноволосый вернулся, с трудом волоча за собой наковальню. Так они что, еще и наглухо меня заковывать собрались?! Не позволю! Ожесточенно стиснув челюсти, чтобы не сказать чего лишнего, я принялась возиться с плащом. Послышались голоса, к камере подошел кто-то еще. Подняв взгляд, я увидела гномов, что привели меня сюда, — Норри и Дарина. Оба были одеты в добротные, можно даже сказать, парадные куртки или, как окрестила про себя, камзолы, из-под расшитых воротников которых выглядывали стоячие вороты рубах. На поясах, украшенных металлическими пряжками искусной чеканки, висели небольшие молоты, тоже покрытые орнаментом. У Норри молот был больше и узор на нем богаче; видимо, молот здесь является символом статуса или знатности.

С трудом справившись с хитрой застежкой плаща, я подошла к решетке.

— Мастер Норри, — обратилась к старшему, — благодарю вас за снисходительное отношение, но заковывать себя в кандалы не дам. Могу пообещать не причинять вреда ни одному гному, если только он не будет причинять вреда мне, — и неожиданно добавила: — Даю обет, кой преступить не в силах.

На что тот крякнул, огладил бороду, но, покачав головой, сказал:

— Нерушимыми клятвами разбрасываешься, девочка. По правилам, тебя еще вчера следовало бы заковать, но мы пожалели, слишком потерянной выглядела. К тому же сразу выяснилось, что ты клиричка, а я, в отличие от некоторых, добро помню. — Он бросил косой взгляд на стоящего рядом товарища. — Теперь извини, порядок есть порядок. Хочешь не хочешь — руки подставляй. Давай по-хорошему, иначе стражу придется звать, а они у нас сама знаешь какие.