— А попробовать?

Но Виктор перебил меня:

— Думаю, нет. Эти шуршунчики за дверью стали еще громче, так что нас ждет еще больше этих «пчелок». Я больше не рискну туда соваться, по крайней мере, пока они не успокоятся…

От таких слов меня чуть кондратий не хватил. Ну надо же, и кто бы говорил?! Сначала полез на рожон, а теперь про опасность вспомнил?!

И тут всех решил удивить ассасин.

— Народ! — воодушевленно начал он. — Я сейчас приоткрою дверь и кое-что туда кину, а потом все прячемся. Готовы?

У парней что, слабоумие заразное, от одного к другому переходит?!

— Ээ… — я уже открыла рот, чтобы возразить.

— Все вопросы потом, — отрезал Саша, предвидя мое возмущение, и, приоткрыв дверь, швырнул туда что-то. И в следующую же секунду с криком «Бежим!» рванул прочь.

Я тоже не стала задерживаться, рванув с места в карьер.

Взрыв ударил в спину, заставив рухнуть на пол, усеянный костями. Сверху на меня что-то упало, придавив.

В ушах зазвенело, перед глазами поплыли разноцветные круги… Вот дура! Надо было шлем надеть, тогда бы так не звездануло!..

Через некоторое время я ощутила, что на мне кто-то лежит. Я пошевелилась. Потом, отжавшись от пола, приподнялась. Оказалось, что на мне лежал Кот, вытянувшись во весь немалый рост. Парень махом скатился с меня, а потом галантно протянул руку и помог встать.

Лишь когда вдохнула полной грудью, звон в голове окончательно утих, и я смогла разглядеть ассасина, который как ни в чем не бывало любовался последствиями устроенного взрыва.

— Башкой думать не пробовал?! — возмутилась я.

— Да ладно тебе, — миролюбиво махнул Виктор. — Все ведь обошлось. — И, покрутив головой, добавил: — А Дмитрий где? — И тут же быстро взобрался на вершину самой большой кучи костей, пристально оглядывая зал. — Вон он лежит!

Я вздрогнула от нехорошего предчувствия. «Не приведи богиня, воскрешать придется?! Тут каждая минута дорога… Может силы не хватить! И я даже не знаю, как это делать!» — эти мысли вихрем пронеслись в голове, пока я подбегала к лежащему на другом конце зала Дмитрию. Его придавило тушкой шурша, и не было видно, дышит ли он.

Я зачерпнула силы, сколько могла, но сквозь молитвенное сосредоточение услышала:

— Живой!

— Ну, слава богине! — облегченно выдохнула я, отпуская силу. — Надо его в чувство привести…

— Так ты же вроде лекарь, — тут же нашелся рейнджер.

— Силы мне понадобятся для более серьезных случаев, — покачала головой я, но, решив на всякий «пожарный» проверить все до конца, опустилась на колени рядом с шаманом и провела над ним рукой, сосредоточив силу в кончиках пальцев. И сразу же пришло ощущение, что организм парня — это и мой организм… Боли тут нет, и тут… Так, так… Цело, цело… Разве что ребра и… Мою руку мягко, но властно оттолкнуло, четко давая понять, что Дмитрий в полном порядке, разве что без сознания.

— Он просто в отключке. Вода у кого есть? — спросила я, вставая.

Парни дружно замотали головами, а Виктор неуместно пошутил:

— Ну, может, его по щекам похлопать или искусственное дыхание сделать?

— Вот ты последним и займись, — мстительно ответила я, прекрасно чувствуя, что еще несколько мгновений — и Дима очнется. Остатки ощущений чужого тела все еще блуждали во мне.

И верно, едва отзвучало мое предложение Виктору, как шаман открыл глаза и улыбнулся.

— Не надо ничем таким заниматься. Все в порядке, с огнем-то я договориться могу, а вот тушкой шурша приложило неплохо.

Кое-как удержала строгое выражение лица. Внутри Димка покатывался со смеха и… Да, он точно так же меня чувствовал, вернее, ему остаточным явлением передавались все мои ощущения. А в данный момент под доспехом я вспотела, и у меня, пардон, грудь чесалась, левая…

— Зато теперь ты не просто шаман, — а шаман, пчелой стукнутый, — меж тем продолжал зубоскалить Виктор.

Дмитрий же, держась за ребра, хотя они у него уже почти не болели, начал озираться в поисках посоха. А я подспудно подслушивала его ощущения и диву давалась: «Надо же, какая быстрая регенерация?! Вот бы проследить», — но меня мягко отстранили, и все чувства прекратились, словно оборванные.

— Слышь, Лекс, а чем это ты так бабахнул? — спросил он Александра, увидев свой посох, присыпанный костями. Тот лежал буквально в паре шагов в стороне.

— Да так, подарочек один, — ответил тот, протянув Коту какой-то невзрачный с виду камешек.