Въедливый герул на некоторое время примолк: переваривал сказанное, потом нашел к чему придраться: а что, спросил, те, кто в богатырской избе жил до Аласейи с Гееннахом, куда их переселили?

Вместо Одохара ответил Агилмунд. Мол, он сам родом из этого села, в курсе дела. Никаких проблем с поселением героев не возникло, так как со времен Иббы пустует у них в селе богатырская изба.

— Ага, — оживился хитрый герул. — Нету, значит, больше богатырей в селе. Перевелись, что ли?

Чем дальше, тем меньше этот парень нравился Коршунову. К тому же оказался, поганец, умом очень изворотлив. Просто не по-здешнему.

— Другие времена — другие богатыри! — осадил его Алексей. — Каждому овощу — свое время.

Черт, похоже, зря сказал. На надменной роже проявилось явное удовлетворение. Он наклонился к старшему, прошептал что-то.

Старший герул с важностью кивнул.

— Хотелось бы знать, — произнес он надменно. — Как зовут небесного героя?

— Аласейа. — Одохар был несколько удивлен.

Въедливый опять наклонился к уху старшего.

Тот выслушал и уточнил вопрос:

— Как звали героя там… откуда он пришел?

По интонации можно было без труда понять, что «небесное» происхождение Коршунова поставлено под сомнение.

— Отец назвал меня Алексей, — ответил Коршунов, поскольку не видел смысла скрывать.

Молодой герул ухмыльнулся и снова пошептал послу.

— А как зовут почтенного отца?

— Виктор.

— О-о! — изрек молодой герул. — А скажи мне, Алексий… — Тут он сделал многозначительную паузу. — Почему у твоего отца — ромлянское имя? Он — ромлянин?

Коршунов начал догадываться, к чему клонит герул.

«Нет, брат, так дешево ты меня не купишь», — подумал он.

— Нет, у моего отца не ромлянское имя, — он усмехнулся. — Это у твоих ромлян — имя, похожее на имя моего отца. — Он сделал поправку на местный менталитет: — Наш род древнее.

— И каково же имя твоего рода? — осведомился герул.

— Коршун! — рявкнул Алексей по-русски, поскольку не знал местного слова. И пояснил, чтобы его поняли: — Большая птица. Хищная. Черная. С во-от таким (изобразил рукой) клювом.

Одохар одобрительно кивнул. Агилмунд задрал кверху подбородок: вона какой крутой тотем у нашего родича. Только нахальный герул не угомонился:

— А от кого сей славный род происходит? От зверя, от героя? Или от бога? А ежели от бога, то каково его имя?

— От бога! — отрезал Коршунов. — Но имя его назвать нельзя. Если имя его просто так назвать — беда будет!

Сказано же: не произноси имя Господа всуе!

— А имя первого предка можно произнести? — по-прежнему упорствовал герул.

— Можно. Кроманьонец его имя.

Герул наморщил лоб и наверняка подыскал бы еще какой-нибудь вопрос, но вмешался его старший сородич.

— Довольно, — сказал он. — Наш рикс Комозик спрашивает: сколько воинов придет с риксом Одохаром?

— Три или пять сотен, — твердо ответил Одохар. — Или больше.

— А сколько мешков зерна возьмет Одохар, чтобы кормить своих воинов, когда пойдут они по герульским землям и по землям боранов? — осведомился герул.

Одохар поглядел на Стайну. И герульский посол тоже поглядел на Стайну. Стайна же с ответом не торопился. Улыбался безмятежно, словно разговор его даже и не касался.

И в этот момент Коршунов понял сразу три важные вещи.

Первое: все присутствующие прекрасно понимают главное военное правило: солдат должен быть сыт. Потому что голодный солдат воюет вяло, а вот грабит, напротив, очень активно.

Второе: обеспечением военных кампаний ведает не Одохар, а Стайна.

И наконец, третье: Стайна этого похода не хочет. А почему не хочет, тоже нетрудно догадаться. Потому что неудачный поход принесет ему убыток, а удачный укрепит популярность военного вождя. Соперника.

Молодой герул, тот, который докапывался насчет происхождения Коршунова, сдвинул брови. Не нравилось ему молчание Стайны.

— Я найду, чем накормить воинов, — решительно заявил Одохар. — Надо — копьем добуду.

Молодой герул хлопнул себя по колену и заухмылялся. Понравился ему Одохаров ответ. А послу, напротив, не понравился.

— Что же, у бурга нет припаса, чтобы кормить своих воинов? — спросил он, поглядывая то на Стайну, то на Одохара. — И разве у рикса нет добычи, чтобы обменять на зерно?