В этот момент до Остина донеслись радостные возгласы и громкий шум собравшейся толпы. К ущелью мчался «бентли». Немного притормозив перед мостом, он проехал по нему на другую сторону и остановился примерно в ста футах от края обрыва. Вслед за «бентли» на другую сторону проехала еще одна черная машина. Балтазар вышел и открыл заднюю дверцу.

Из машины показалась хрупкая фигура в белом платье в сопровождении двух охранников. Женщина помахала рукой, а потом ее снова затолкали на заднее сиденье автомобиля. Балтазар сел вместе с телохранителями в другую машину и вернулся назад по мосту.

Когда второй автомобиль остановился на краю обрыва, Балтазар вышел из него и направился к Остину.

— Вот ваша леди, — сказал он, махнув рукой через ущелье. — Я выполнил свое обещание, а теперь ваша очередь.

Остин вытянул вперед руку.

— Ключи от машины.

Балтазар подал ему рыцарский шлем с бычьими рогами, но одном из которых висело кольцо с ключом.

— Вы получили что хотели, Остин. Но имейте в виду: это будет не так просто сделать.

— Мне нужны ручка и бумага, — процедил сквозь зубы Остин.

Балтазар щелкнул пальцами, и один из телохранителей побежал к машине и принес оттуда шариковую ручку и обычный блокнот с приборной доски. Наклонившись над капотом автомобиля, Остин быстро набросал план размещения золотых копей, а потом несколько раз подчеркнул слова «Золотая Шахта».

Балтазар протянул руку за блокнотом, но Остин вырвал лист и сунул его под свой шлем.

— Как вы сами только что сказали, Балтазар, это будет не так уж просто.

Конечно, Остин знал, что по знаку Балтазара крепкие наемники могут мгновенно напасть на него, отобрать карту, а самого бросить в ущелье, но рассчитывал на болезненное самолюбие этого типа, который просто не позволит испортить такое грандиозное шоу на виду у своих бандитов.

— Что ж, Остин, пора доказать вашу храбрость.

С этими словами Балтазар резко повернулся, высекая шпорами искры, направился к своей лошади и с необыкновенной легкостью взлетел в седло. Рядом с ним стоял верный оруженосец со шлемом в одной руке. Второй он удерживал под уздцы норовистую лошадь. Этот крупный человек, облаченный в пурпурную накидку, стоял спиной к Остину. Потом он повернулся, и Курт узнал киллера. Адриано ехидно ухмыльнулся и показал рукой на «бентли».

Его жест был красноречивее любых слов — если Остин проиграет, то Карина достанется этому убийце.

Тем временем Балтазар надел шлем, взял у оруженосца поводья и, пришпорив лошадь, помчался на середину моста. Там он повернулся к Остину лицом и застыл в выжидающей позе.

Остин подошел к Вэлу и вскочил в седло, хотя и не так легко и изящно, как Балтазар, поскольку не привык к тяжелой кольчуге. Сквайр вручил ему шлем и напоследок подсказал, что голову нужно наклонить немного вниз, чтобы видеть противника сквозь забрало. Потом он протянул ему копье и щит и коротко объяснил, как держать их в руках.

— Внимательно следите за флажком на острие копья, — наставлял Сквайр. — Он укажет вам направление удара.

— Еще будут какие-нибудь рекомендации? — спросил Остин, чувствуя, как его голос гулким эхом отдается в металлическом шлеме.

— Да, — тихо прошептал Сквайр. — Не сдерживайте лошадь, не забывайте про третий этап и молитесь, чтобы произошло чудо.

Он легонько хлопнул лошадь по крупу, и гигантское животное медленно двинулось вперед. Остин попробовал повернуть скакуна влево, потом вправо, и тот послушно подчинился воле наездника. Конечно, тяжелые доспехи и оружие в руках мешали сосредоточиться на поединке, но седло было высоким и надежно поддерживало спину.

В этот момент репетиция подошла к концу.

Человек в зеленом костюме герольда поднял трубу и подал сигнал готовности к поединку. Остин повернул лошадь и посмотрел в глаза Балтазару. Второй сигнал трубы известил о том, что нужно опустить копья, и буквально через секунду послышался третий — к началу поединка.

Балтазар вонзил шпоры в бока лошади еще до начала третьего сигнала.

Остин отстал от него на одно мгновение.

Лошади быстро набирали скорость. Вскоре они уже мчались во весь опор. Казалось, даже земля застонала под копытами огромных животных, а покрытые броней наездники, наклонив головы, летели навстречу друг другу в смертельной схватке.

Используя трос буйка в качестве ориентира, Гэмей и Завала ловко работали ногами и быстро опускались на глубину. Светлая поверхность озера была обманчивой, а зеленоватая толща воды постепенно темнела, и вскоре видимость вокруг них сократилась до нескольких ярдов. Плотная пелена мутной воды быстро поглощала двойной луч света фонарей и затуманивала даже их ярко-желтые костюмы.

В нескольких футах от дна они замедлили движение, чтобы не поднимать в воду облако темного ила, песка и других донных осадков. Завала посмотрел на компас, и они поплыли в западном направлении, пока на фоне мутной воды не стали вырисовываться очертания двухэтажного здания. Лучи фонарей терялись где-то на высоте флагштоков. Пустые рамы окон уныло наблюдали за ними, как глазницы давно обглоданного рыбами человеческого черепа.