— Прошу вас, сеньорита. — Секретарша открыла двери в кабинет.

— Сожалею, но я ничего не могу для вас сделать, — сказал Валентино посетителю, когда Исабель и секретарша скрылись в кабинете.

— Передайте адвокату, пусть он и не рискует играть со мной! Он даже представить себе не может, на что я способен, когда мне не возвращают долг! До свидания! — и посетитель в гневе громко хлопнул за собой дверью.

— До свидания, сеньор, — кивнул ему в спину Валентино.

— Я приготовлю вам кофе, сеньорита, — предложила секретарша, когда Исабель устроилась за столом адвоката и положила перед собой бумаги, которые хотела просмотреть.

— Спасибо, — кивнула Исабель. — Чашка кофе мне не помешает.

— Сеньорита Исабель, — вошел в кабинет Валентино, — я к вашим услугам, — он опустился на стул, указанный Исабель, как раз напротив нее. — Спасибо.

— Валентино, — Исабель внимательно рассматривала сидящего перед ней служащего. — Моя мать, мадам Герреро, всегда говорила мне, что вы человек, заслуживающий самого глубокого доверия, — она помолчала и продолжила: — И что вы ее правая рука в ведении всех дел.

— Мадам Герреро всегда преувеличивала мои скромные заслуги, — пробормотал польщенный Валентино. Ему было приятно слышать столь лестное мнение именно от Исабель.

— Валентино, сейчас мне бы очень хотелось, чтобы вы были откровенны со мной, — Исабель открыла толстую папку. — Скажите мне, каковы на самом деле наши финансовые дела? — она стала вынимать из папки бумаги. — Цифры, цифры, документы!.. Я не знаю, что мне делать! Мне необходимо время, чтобы разобраться с ними.

— Сеньорита, я могу предложить вам только те данные, которые находятся непосредственно в моем ведении, — предложил Валентино. — Я всегда старался вести учет четко и ясно. Чтобы ваша мама могла разобраться в нем.

— Валентино, — доверительно обратилась Исабель. — А что ты сам думаешь обо всем этом, — она кивнула на груду лежащих на столе бумаг.

— К сожалению, — осторожно начал Валентино, — дела идут не так хорошо, как раньше. Сейчас все меняется, усложняется, честного слова больше не существует. Человек может дать его вам и обмануть. Сейчас все сделки происходят только по записи, по контрактам, в судах. При жизни вашего покойного отца все было иначе.

— Пожалуйста, Валентино, не надо пускаться в воспоминания, — остановила его Исабель. У нее не было времени слушать, как дела велись когда-то. Ее интересовало положение на сегодняшний день. — Ты не мог бы подготовить мне отчет о состоянии дел на сегодня? — спросила она у Валентино. — О собственности, о банковских счетах, обо всем?

— Кое-что я мог бы вам сообщить, — Валентино замялся. — Но дело в том, что вот уже несколько лет я…

— Несколько лет что? — спросила Исабель, предчувствуя очередную неприятность.

— Большинство дел ведет адвокат Пинтос, — пояснил Валентино. — Мне же остается только вести книги учета на основании тех данных, что дают нам адвокат Пинтос и бухгалтер.

— Адвокат Пинтос, — повторила Исабель, задумавшись. Слишком много подозрений сходилось на адвокате.

— Только… прошу вас, пожалуйста, — взмолился Валентино, — не говорите ему, что это я вам сказал.

— Не волнуйтесь, Валентино, — успокоила Исабель, — я ничего ему не скажу. Можно мне взять это? — она показала на бумаги, лежащие перед ней. — Я хочу просмотреть документы внимательно.

— Да, конечно, — кивнул Валентино. Ему определенно нравилась ее деловая хватка. «Удастся ли ей вывести на чистую воду адвоката? — думал он, глядя на Исабель. — Ведь она так молода еще, а адвокат поднаторел в своих махинациях».

— Спасибо, — поблагодарила за помощь Исабель. — Передайте, пожалуйста, Бенигно — он внизу в машине, — что сейчас мы едем, — попросила она Валентино.

— Конечно, сеньорита, конечно. — Валентино вышел из кабинета, чтобы выполнить просьбу.

Оставшись одна, Исабель еще раз просмотрела те бумаги, которые намеревалась взять для более тщательного изучения. Потом, собрав их в папку, положила все в пакет… Вошел Бенигно. Он с улыбкой посмотрел на Исабель, которую впервые видел за большим деловым столом, полным разных бумаг. Кабинет не сочетался с ее красотой и молодостью.

— Может быть, мы совершим прогулку? — предложил Бенигно, прекрасно зная, как Исабель устает в последние дни в клинике. «Прогулка развлекла бы ее немного», — подумал он.