Вернувшись в дом, Айзэк налил себе порцию джина с тоником, сел в кресло рядом с раненым и, пристально глядя на него, сказал:

— Что-то ты не очень похож на старину Билли Бонса. Ты можешь говорить?

Билли мог говорить. Он говорил полтора часа. Айзэк узнал о том, как Билли, покинув Лос-Анджелес, отправился в Южную Америку. Тут слухи были справедливы. Но дальше начиналось совсем другое. Напав на курьера, перевозившего героин, Билли убил его. Героин он забрал, сам провез в Штаты, сам нашел на него покупателей и в момент совершения сделки убил их тоже. Деньги, а было там полтора миллиона долларов, Билли, естественно, забрал себе. Спрятав героин, он купил себе хорошие документы и отправился в Европу делать пластическую операцию. Через пять месяцев с трапа межконтинентального лайнера сошел Джеффри Макинтайр, подданный Великобритании. Он прибыл в Штаты на неопределенный срок проводить свое время неопределенным образом. И растворился в стране навсегда.

И вот тогда в Лос-Анджелесе начались странные дела. Ряды мафиози редели с неумолимой регулярностью и удивительным разнообразием причин смерти. Правда, на места выбывших тут же находилась достойная замена, но через некоторое время очередной член банды отправлялся в ад, а Билли ставил очередную зарубку на обратной стороне могильного камня, под которым лежала его семья. Так продолжалось четыре года. На задней стороне мраморной плиты в несколько рядов располагалось шестьдесят две небольших черточки. А тот, кто уничтожал торговцев смертью, оставался неуловим.

Правда, в этот раз Билли не повезло. Но ведь как раз на такой случай и существуют верные друзья. Выслушав эту историю, Айзэк заметил:

— Шестьдесят два да три — будет шестьдесят пять. А, Билли?

Билли слабо улыбнулся и спросил:

— Айзэк, ты не будешь возражать, если я побуду у тебя?

Айзэк не возражал. Мало того, он пообещал Билли надрать его ослабленную ранением задницу, если тот хотя бы покажется в окне. Ньютон совсем не хотел, чтобы кто-то узнал, что у него лежит человек с огнестрельным ранением.

* * *

С тех пор прошло много лет. Однажды вечером, год назад, Билли пришел к Айзэку и потребовал виски. Айзэк в ответ потребовал не напиваться одному, а делать это, как и подобает мужчине, с товарищем. Билли согласился и началась крепкая мужская выпивка. В процессе употребления спиртного Айзэк услышал от Билли, что тот устал убивать и больше не будет этого делать. Еще Билли сказал, что, если задаться целью уничтожить всех уродов на Земле, нужно стереть с ее морщинистого лица все человечество. Что мертвых не вернуть. И что благонамеренный гражданин Чак Спрингфилд приглашает всех желающих посетить открывшийся магазин садово-огородного инвентаря на пересечении тридцать второй улицы и бульвара Пионеров Дикого Запада.

— А для особых посетителей, — сказал Билли и посмотрел на Айзэка трезвыми глазами, — я могу предложить совершенно отдельный ассортимент товаров, предназначенных для уничтожения вредителей.

И, сославшись на то, что его что-то сегодня не забирает, Чак Спрингфилд покинул гостеприимный дом Айзэка Ньютона.

На следующее утро Айзэк поехал на кладбище Всепрощения, где покоились убитые бандитами женщины из клана Билли Бонса, и обнаружил на могильном камне, установленном около тридцати лет назад, сто пятьдесят четыре зарубки. Он покачал головой, но никогда ничего не сказал об этом Билли Бонсу.

* * *

Подъехав к сельскохозяйственной цитадели Чака Спрингфилда, Айзэк посигналил, и через полминуты увидел в открывшейся двери силуэт старого друга. Он вышел из машины, и мужчины пожали друг другу руки.

— Вас интересует порошок от тараканов? — спросил бывший Билли Бонс.

— Нет, вазелин для долгоносиков, — ответствовал Ньютон.

Оба расхохотались и вошли внутрь.

Билли подвел Айзэка к стойке и вынул из-под нее початую бутылку виски.

— Не возражаешь? — спросил Билли.

— Я? А ну, дай сюда бутылку! — возмутился Айзэк, но бутылку ему не дали, а дали стакан со льдом и налили в него виски.

Они были ровесниками, обоим было по пятьдесят восемь, но выглядели они молодо и бодро. И не только выглядели. Они на самом деле были крепкими обветренными ребятами, повидавшими многое.

— Ну что? — спросил Билли, когда они пропустили по первой и закурили. — Держу пари на доллар за то, что ты пришел за особым ассортиментом!

— Годится! Ставлю доллар, — ответил Айзэк.

И спорщики ударили по рукам.

— Ну, говори, за чем пришел? — ехидно поинтересовался Билли.

— За особым ассортиментом. Гони доллар! — ответил Айзэк.

Билли выпучил глаза, затем оба снова заржали, как два выпускника, и налили по второй.

Когда Билли провел Айзэка в подвал, а затем, нажав какую-то тайную кнопку, заставил стену отъехать в сторону, Ньютон присвистнул. В открывшемся ярко освещенном помещении был целый арсенал. На стеллажах были аккуратно разложены разнообразные орудия истребления. Пистолеты, автоматы, винтовки, легкие и тяжелые пулеметы, базуки, мины, ящики с патронами и взрывчаткой, военная электроника — чего здесь только не было. Все это находилось в идеальном состоянии, о чем говорили матово поблескивающая смазка на вороненом металле и полное отсутствие пыли.