Ужинали при свечах, все шестеро, ели с любовью приготовленные Изабел праздничные блюда. Может быть, Изабел не устроила пир на весь мир, но постаралась, чтоб было вкусно, изысканно и обильно. Холодный суп, жареные фазаны, крем-брюле, превосходный сыр «стилтон» и лучшее вино, какое еще сохранилось в погребе со времен их отца.

Было около десяти, и Изабел с Пандорой в роли помощницы заканчивали в кухне мыть посуду — сковороды и кастрюли, ножи с ручками слоновой кости, блюда для овощей, они были слишком большие и не умещались в посудомоечную машину. Пандора пришла помочь, но, вытерев три ножа и поставив две кастрюли не в тот шкаф, отложила полотенце, заварила себе чашку растворимого кофе и присела к столу.

Во время ужина говорили не умолкая, всем не терпелось и рассказать о себе, и услышать о приключениях Люсиллы и Джеффа, как они путешествовали по Франции, уехав из Парижа на автобусе, как жили у богемного друга Джеффа на Ивисе, о сказочной Майорке и о роскошной вилле «Каса Роса». Когда Люсилла стала описывать тамошний сад, Изабел пришла в восторг.

— Ой, как я хочу увидеть своими глазами.

— Приезжай, будешь нежиться на солнышке и ничего не делать.

Арчи засмеялся.

— А ты можешь представить, чтобы Изабел нежилась на солнышке и ничего не делала? Смешная ты, сестричка. Она тут же вскочит, воткнется в твои розы и начнет их полоть, мы только и увидим торчащую кверху попку.

— У меня нет сорняков, — заявила Пандора.

Она жадно интересовалась всем, что происходило дома, хотела знать все в мельчайших подробностях о Ви, об Эрдах, о Гиллоках, о Вилли Снодди, о Харрисе и его жене. Огорчилась, услышав, что Эди Финдхорн взяла к себе сумасшедшую двоюродную сестру Лотти и ухаживает за ней.

— Господи, Боже мой, неужели это мерзкое чудовище будет опять отравлять нам жизнь? Хорошо, что вы мне сказали. Теперь если только увижу ее в деревне, сразу перейду на другую сторону.

Рассказали ей и о семействе Ишхак, как они бежали из Малави и приехали в Страткрой без гроша в кармане.

— …но в Глазго у них есть родственники, они уже вполне твердо стоят на ногах. Родственники и дали им немного денег, и на эти деньги они купили у миссис Мактаггарт ее газетный киоск. Ты его не узнаешь, вместо киоска теперь настоящий супермаркет. Мы сначала думали, ничего у них не выйдет, прогорят, но вот не прогорели. Трудолюбивы, как пчелы, такое впечатление, что работают круглые сутки, и дело у них процветает. И потом, к ним все хорошо относятся — они очень славные приветливые люди.

И так далее обо всех соседях Балмерино, а соседом считался каждый, кто живет в радиусе двадцати миль от Кроя: семья Бьюкенен-Райт, Фергюсон-Кромби, новоселы из Ардномойя… Ну, и конечно, было рассказано, у кого дочь вышла замуж, чей непутевый сын заделался брокером в Сити и теперь гребет миллионы.

Не пропускалась ни одна мелочь. Единственно, чего разговор ни разу не коснулся, точно по тайному уговору, была сама Пандора и ее жизнь за все те двадцать с лишним лет, что она прожила не здесь.

Она не возражала. Она вернулась домой, в любимый Крой, и только это для нее сейчас и важно. Годы, прожитые столь легкомысленно, вдруг стали казаться блудной дочери сном. Неужели все это случилось с ней? Нет, быть не может, то была какая-то другая женщина, а она, Пандора, здесь, окруженная своей семьей, она счастлива, прошлое забыто.

Пандора сидела за кухонным столом, пила кофе и глядела на Изабел, которая отскребала в раковине сковороду; на ней были красные резиновые перчатки, синий с белым фартук, милое скромное платье. И Пандора вдруг подумала, что ведь Изабел удивительная, необыкновенная женщина, трудится не покладая рук, полна доброжелательности и ничуть не сердится, что остальные члены семьи разбежались и предоставили ей убирать со стола и мыть грязную посуду.

Действительно, после ужина Арчи ушел к себе в мастерскую, испросив позволения у дам. Хэмиш согласился — правда, небескорыстно — скосить крокетное поле, благо, на дворе еще совсем светло. Он побежал туда чуть ли не с радостью, и его готовность произвела на Пандору сильное впечатление. Но она и не подозревала, какое сильное впечатление она сама произвела на Хэмиша. Узнав, что к ним в гости едет его тетка, мальчик сразу заскучал. Ему представилась пожилая особа, похожая на Ви, седая, в туфлях со шнурками, и когда он увидел Пандору, то онемел от изумления — красавица, молодая, одета потрясающе, настоящая кинозвезда. За ужином он ломал голову, как бы показать ее ребятам в Темплхолле. Может быть, папа привезет ее туда на какой-нибудь матч. Вот зауважают его мальчишки! Интересно, любит она регби?

— Изабел, какой прелестный мальчик Хэмиш.

— Я сама его люблю больше, чем надо. Только бы он не вымахал ростом с каланчу.

— Он будет красив как бог, — Пандора отпила кофе. — Тебе нравится Джефф?

Джефф, за две недели пресытившийся, как и следовало ожидать, обществом дам и непривычной ему красивой жизнью, увез Люсиллу в «Герб Страткроя» выпить банку светлого «Фостера» в обществе мужчин и восстановить привычное состояние духа.

— По-моему, он очень славный.