Тогда Матти сразу же начал думать о том, кто она такая и как попала в самолет, и гадать, куда последует после приземления. Судя по ее произношению во время разговора со стюардессой, незнакомка была шведкой. Скорее всего жительницей Стокгольма или, по крайней мере, центральной части страны. Познаний Матти в шведском вполне хватало для таких умозаключений. Было бы неплохо, если бы из аэропорта Арланда она отправлялась прямиком в Стокгольм. И, как и он, железнодорожным экспрессом. Тогда бы они оказались вместе в одном вагоне. Уж он бы об этом позаботился. До Центрального железнодорожного вокзала целых двадцать минут пути — вполне достаточно, чтобы успеть познакомиться.

Однако расчеты Матти не оправдались. Очаровательная незнакомка в розовом, закинув за спину фиолетовый рюкзачок, повесила на левое плечо неизвестно откуда взявшуюся гитару в кожаном чехле и быстро исчезла из виду где-то в районе зала для прилета. Слишком уж долго провозился он со своим громоздким чемоданом, среди прочих вещей медленно ползущим по ленте багажного транспортера. Надо было последовать ее примеру и лететь налегке. А еще говорят, что женщины любят брать с собой в дорогу кучу ненужных вещей! Видимо, к ней это не относилось.

У нее была быстрая и энергичная походка, которая унесла ее вдаль, оставив мечтательного блондина с замедленной реакцией в расстроенных чувствах. А какие манящие бедра у нее были! Как они изящно покачивались в такт пластичным, упругим движениям. Еще Матти успел разглядеть огромные миндалевидные глаза. Темно-карие, с голубоватыми белками. Как у Нефертити.

Ему всегда нравились темноволосые женщины с выразительными карими глазами. Наверное, по контрасту. А эта вообще была просто идеал. Девушка его мечты. Надо было махнуть рукой на багаж и последовать за ней. Никуда бы его чемодан не делся. Потом бы получил. Но вот как-то не сообразил. Видимо, не зря про финнов говорят, что они тугодумы и чересчур хозяйственны. Променял красавицу на чемодан! Но тут уж ничего не поделаешь. С натурой, как известно, не поспоришь…

Впрочем, судьба снова дает ему шанс. Да еще какой! Паром прибывает в Хельсинки только утром, так что впереди целая ночь. И не просто ночь, а настоящая сказочная ночь, наполненная светом и радостью общения. Если повезет, то впереди их будут ждать еще много-много столь же прекрасных белых ночей. Ведь сейчас конец июня — по финским поверьям, время, специально отведенное Всевышним после долгой зимы для любви. Не зря ему плохо спится в такие ночи, хотя и появился он на свет в одну из них, в маленьком провинциальном городке Миккели, окруженном со всех сторон дремучими сосновыми лесами и озерами с кристально чистой водой.

Впрочем, хватит размышлять и вспоминать. Пора настроиться решительно, по-боевому и не упустить свой шанс. Третьего скорее всего уже не будет.

К тому же он наполовину швед, так что обязан действовать наступательно, как великие шведские полководцы и адмиралы, превратившие некогда Балтийское море в шведское озеро. Как викинги на своих драккарах — ладьях, украшенных драконьими головами, при виде чужих берегов. Щит за спину, боевой топор в руки — и вперед, за добычей!

Пронзительный звонок телефона ворвался в ее сон совсем некстати. Как раз тогда, когда она целовалась с каким-то очень высоким, светловолосым и сероглазым парнем. Хотя, может, у него были серо-голубые глаза. Серо-голубые ей нравились больше. А еще больше нравились блондины с такими глазами. Добрыми, чистыми, выразительными. Черты лица просматривались как-то неотчетливо, но это не имело значения. Зато хорошо выделялись раскрытые для поцелуя губы. Пришлось встать на цыпочки, чтобы дотянуться до них. И фон был очень романтичным. Они стояли посреди просторной поляны, покрытой ромашками и залитой солнечным светом. Поляну со всех сторон обступали могучие дубы, клены и вязы, на ветвях которых распевали пестрые птицы…

И как раз в тот момент, когда их губы соприкоснулись, Кристина услышала, как будто со стороны, этот столь неприятный посторонний звук, совсем не вписывающийся в окружающую ее пасторальную идиллию.

Машинально она потянулась к прикроватной тумбочке, чтобы выключить будильник. Но, к сожалению, промахнулась. Пришлось открыть глаза, чтобы протянуть руку дальше и нащупать вслед за будильником телефон. Вяло, с большим усилием подняла трубку и одновременно посмотрела на часы. Боже, всего пять утра! Кому это не спится в такую рань?

— Привет, Крис. Это я, Чештин. Извини, что так рано, но возникли проблемы.

То, что проблемы возникли, было и так понятно. По необычно хрипловатому, с одышкой, голосу подруги. И по столь несвоевременному звонку. В их стародавней девичьей компании Чештин славилась как любительница поспать. И не раз страдала от этого и в школе, и в университете, получая выговор за опоздания на занятия. А тут вдруг сама звонит, можно сказать, с первыми лучами солнца. Хотя, конечно, в июне и без солнца достаточно светло сутки напролет.

Кристину кольнуло нехорошее предчувствие. Похоже на то, что срывается их совместная поездка в Финляндию.

— Доброе утро, Чештин. Что случилось?

— Извини, но, кажется, я серьезно заболела. Горло заложило, и температура высокая. Скорее всего, ангина. У меня вообще горло слабое. Я тебе уже говорила, что собиралась со знакомыми парнями съездить в Нюнэсхамн. Там прекрасные песчаные пляжи. Ну и увлеклась купанием. Вода чересчур холодная оказалась. И в море, и в бутылках. У меня в машине походный холодильник есть, как ты знаешь. В общем, и морская вода, и минеральная «Лока» не на пользу пошли. Так некстати. Ты уж прости, но ничего не поделаешь. Конечно, надо было быть осторожнее и предусмотрительнее… Одним словом, я не смогу с тобой поехать. Мать говорит, что просто не выпустит меня из дома — ляжет у порога вместо капкана или запрет в спальне. Пыталась ей объяснить, что я давно совершеннолетняя, могу сама принимать решения. Что проще всего будет закутать горло потеплее и взять с собой побольше таблеток. Но она ни в какую. Ну, ты же ее знаешь. Говорит, что хоть и не врач, но про болезни своего ребенка знает больше любого доктора. В том числе и как их лечить.