Максим едва успел объехать брошенный кем-то мопед.

– Ты не лети так, – тут же предупредила Леночка. – На дороге и колючку натянуть могут… Раньше, когда бензина еще много оставалось, так многие развлекались… на жизнь зарабатывали.

Выехав на Московский, пролетели площадь Победы, закопченный, с выбитыми стеклами, универмаг, осторожно объехали опрокинутый у Ленинского проспекта троллейбус.

– Ого! – покосившись направо, Максим не мог сдержать удивления, увидев вместо огромного сталинского дворца руины.

– Общественные здания первым делом взорвали, – меланхолично произнесла девушка. – Всякие районные администрации, Смольный и все такое прочее. Ну, как туман появился, так их почти сразу и не стало. А вначале пропала связь.

– Понимаю, у нас почти так же все начиналось.

– Теперь направо… во-он в тот двор заезжай.

– Ага, заезжай! – Едва свернув с проспекта, молодой человек резко ударил по тормозам.

Въезд во двор был перегорожен импровизированной баррикадой из старых машин, холодильников, кроватей и прочего хлама.

– Хм… – Леночка наморщила носик, задумалась. – Давай-ка с Авиационной подъедем… Пусти за руль.

– Садись, коли так хочешь…

Тихомиров галантно вышел из машины, подумав вдруг… Нет, зря так подумал – никаких попыток резко дернуть с места и уехать куда подальше его юная спутница не предпринимала. Видать, чувствовала себя в родном городе очень даже неуютно.

А водила действительно лихо! Вжик… Макс и опомниться не успел, как «тойота», свернув, пронеслась проходными дворами, едва не задевая разрисованные граффити стенки.

– Посиди пока. – Тормознув у подъезда, Леночка выскочила из машины. – Они, видишь ли, тетку куда-то в Ульянку переселили, до тумана еще. Я только адрес узнаю и вернусь.

– Постой, постой! – выйдя из авто, закричал вослед девушке Максим. – Квартира-то хоть какая? Ну, куда ты идешь…

– Сорок девятая. – Обернувшись на пороге подъезда, Леночка махнула рукой, улыбнулась и исчезла в темном пролете лестниц.

Усевшись за руль, Тихомиров развернул машину и принялся ждать. А что ему было делать?

В просторном дворе тоже стояли машины, правда большей частью полуразобранные, а то и вообще сожженые. Хотя… некоторые и двигались, во-он одна прокатила – белая «четверка», а вон рядом – «рено-логан». Точно такой же когда-то был и у Макса. В старые добрые дотуманные времена.

Судя по маркам машин, явно принадлежавших не шибко богатым людям, кое у кого бензинчик еще сохранился, да и трудно себе представить, чтоб он вдруг так внезапно закончился в таком большом городе. Наверняка имелись большие запасы – автозаправки, хранилища – вокзалы, наконец! То есть, железнодорожные станции с составами, полными бензина и нефти. Так что год-два вполне можно было продержаться, кто хотел, кому очень надо было, тот ездил. Правда, с другой стороны, Московский проспект, по крайней мере в этом районе, казался абсолютно пустым.

В боковое стекло вдруг постучали, и Макс резко повернул голову: мальчишка. Небольшой, лет тринадцати, одет вроде прилично – джинсы, кроссовки, курточка. Рыжий такой, смешной.

– Тебе чего, парень?

– Дяденька, сигареткой не угостите?

– Отстань, малец, не курю.

– Жаль… А-то бы, может, договорились. – Мальчишка загадочно подмигнул.

– О чем это? – подозрительно переспросил Максим.

– За пачку сигарет я бы вам девочку подогнал… симпатичную. Даже за полпачки… Ну, за пять штук.

– Иди, иди отсюда, сутенер хренов! Не видел, что я с женой?

– Ой… извините. Просто смотрю – у вас тачка на ходу, значит, на бензин бабки есть… и на сигареты. Ага! Бензин вам точно нужен! Я знаю, где можно дешево взять. Но тоже на сигареты… или на что-нибудь еще обменять. Консервы у вас имеются?

– Да не твое дело! – Этот назойливый приставала уже вконец рассердил Тихомирова. И так-то нервы были на пределе… – Иди отсюда, а!

– Ухожу, ухожу, извините…

А этот рыжий, похоже, ушлый… Может, его кое о чем расспросить… пока время есть. Да и бензином разжиться не помешает.

– Эй, парень! – Вспомнив о подаренной Василием сигарете, молодой человек вытащил ее из кармана и шутливо спросил: – Ну и на сколько литров хватит? Девяносто пятого, само собой.

– «Прима». – Паренек скривился и вернул сигарету обратно. – Ни на сколько. Только на один минет.

– Тьфу ты, господи! Ну и черт с ней, кури так… На здоровье!

– Спасибо!

Ишь ты, вежливый какой. Черт… куда он сгинул-то?

Максим распахнул дверь, покричал:

– Эй, рыжий! Рыжий, ты где есть-то?