Шрифт:
– За грибами? Ах да…
Максим только сейчас осознал, что его внешний вид, мягко говоря, не совсем адекватен. Когда-то солидная пиджачная пара пообносилась, испачкалась, кое-где и порвалась… Не то чтобы в таком прикиде сразу бы забрали в милицию, но… В приличное заведение не зайдешь точно.
– Ладно, спасибо тебе, Иваныч, за беседу – пойду я…
– Ну давай, коль уж так спешишь. В этакую-то рань!
– А ты-то чего так рано поднялся?
– Я-то? – Старик неожиданно засмеялся, показав прокуренные коричневато-желтые зубы. – Я-то, милый мой, еще и не ложился!
– Ясненько… Ой, чуть не забыл – любопытство гложет! Что тут с самолетом-то? Говорят, Ту-134 прямо на морковное поле сел?
– Не на морковное. – Собеседник снова расхохотался. – На картофельное. И не Ту, а Ан-2 – ну, колхозный такой кукурузник, биплан.
– А-а-а… а я-то думал…
– Кто ж тебе про Ту-134 сказанул-то?
– Да бабка одна, бруснику в лесу собирала.
– Больше всяких бабок слушай! Скажут тоже – Ту! Еще бы про космический корабль рассказали или… хе-хе… про летающую тарелку. Ты уши-то не развешивай!
– А вы что, точнее знаете? Может, и не Ан-2 вовсе?
– Да как же не Ан, когда я его собственными глазами видел? Из лагеря как раз домой шел… вчера это было-то! Он и посейчас еще на картофельном поле стоит, если не убрали. Будешь на автобус идти – так посмотри, протри глаза-то! Ну, сел и сел кукурузник на поле… куда ж ему еще-то садиться? Эка невидаль!
– А пилотам-то, наверное, все равно влетит!
– Ну, это уж как всегда – крайнего обязательно найдут.
– Да, жаль мужиков…
– Да там парень молодой, пацан совсем, и девка…
– Девка?
– А что, разве летчиц у нас быть не может? Паша Ангелина, вон, на тракторе семь норм выдавала!
– Так они, верно, ранены?
– Да по виду не сказал бы… но «скорая» из города приезжала!
– «Скорая»? – Тихомиров вдруг ощутил острое беспокойство. Неужели… Нет, не может быть!
– Может, царапины у них какие… Или ребра сломаны, но руки-ноги-головы целы – лично видал! Они ведь, как самолет сел, сразу бежать бросились, видать, ответственности испугались… Далеко, конечно, не убежали – у нас уж народ такой. Тут и студенты работали, и вообще…
– Ой, Иваныч! Так ты, поди, их сам и ловил?
Дед приосанился и горделиво выпятил грудь:
– Ну, не без этого.
– А как они выглядели-то, пилоты?
– Слышь, Иван, а ты не из газеты, случайно?
– А что?
– Да так… Вчера уже бегал тут один, с «лейкой», с блокнотиком.
– Значит, на «скорой» и увезли… Смотри-ка, как интересно! Однако пора…
Максим поднялся на ноги и, поблагодарив сторожа за интересную беседу, быстро зашагал в сторону совхозных полей.
Самолет он увидел сразу же, едва прошел по грунтовке километра два-три. До боли знакомый Ан-2 с оторванной пассажирской дверью вид имел вполне бодрый – даже ни одно стеклышко не разбилось!
Около самолета уже суетились военные и милиция – подогнали грузовик, а потому Тихомиров счел за лучшее не подходить ближе. Просто свернул к баракам… к бараку… тому самому… Поднялся по знакомому крыльцу, вежливо постучал.
– Вам кого? – Дверь открыла какая-то незнакомая женщина в синем старушечьем платке. – Кого надо-то?
– Евгения. Он где вообще-то? На ферме?
– Евгений… Ой! – Женщина вдруг улыбнулась. – Вы про прежнего жильца спрашиваете? Так он еще в прошлом году съехал.
– Адреса, случайно, не оставил?
– Да нет.
– Жаль.
Денег у Макса, конечно, не было, пришлось добираться до города проверенным способом – автостопом, благо попутных грузовиков хватало с избытком. Настреляв у водителя «двушек», Тихомиров выскочил у нового мемориала – Победы, – пробежал по Московскому до ближайшего таксофона – слава богу, очереди не было – рано. Набрал первым делом «03»…
– Вас из горкома комсомола беспокоят. Вчера вызов был, в Шушары, там двое летчиков… молодые, они в нашей комсомольской организации на учете состоят, вот и беспокоимся… не нужно ли чего? Не слышали… жаль… Ах, узнаете! Вот хорошо бы было! Нет, лучше я вам сам через полчасика перезвоню… Не по ноль-три? Ага… говорите номер…
Нацарапав цифры прямо на стенке телефонной будки, молодой человек снова кинул монетку – на этот раз позвонил в справочное, узнал номер телефона НИИ Химпромбуммаш. Правда, те сказали только проходную – ну, спасибо и на том…