Нуар внимательно осмотрел смертных и выбрал того, что покрупнее:

— Раздевайся и полезай в мешок.

Одежда местного воина оказалась ему очень мала. Рубашка лопнула на спине и не сошлась на груди, штаны не налезли, и их пришлось разрывать в боковых швах.

К счастью, ремень все же застегнулся, пусть и оказался вытянут до последней дырки, а просветы на груди и спине закрыл бронежилет.

— Закрывай мешок, — приказал Шеньшун, закидывая за спину трофейный автомат. — Куда вы складываете трупы?

— В машину… — свистящим шепотом ответил Умала.

— Неси куда надо.

Вдвоем они взяли мешок и потащили через отель к выходу. Всем, кто попадался навстречу, нуар лаконично приказывал:

— Стой и молчи.

И все останавливались и больше ничего не говорили.

Запихнув мешок с сержантом в броневик, Шеньшун приказал сидеть и молчать Умалу и пошел по улице между автомобилями, тихо и вежливо приговаривая чуть не при каждом шаге:

— Стой и молчи. Стой и молчи. Стой и молчи.

Суета и шум быстро смолкали, ему никто не мешал, никто не пытался остановить. Мир вокруг постепенно становился тихим и спокойным. Вскоре нуар заметил и Дамиру, скучающую на солнце в маленькой машинке с большими колесами под присмотром стража порядка.

— Стой и молчи, — привычно предупредил он полицейского и обратился к спутнице: — Как снять с тебя эти кандалы?

— Ты жив?! — с трудом сдержала крик радости женщина.

— Я страж богов. Мы не должны погибать, это опасно для тех, кого мы охраняем. Так как снять с тебя кандалы?

— У тебя на поясе такие же висят. Наверное, где-то должен быть и ключ. Дерни вон ту цепочку — что на ней?

Археологиня оказалась права. На портупее спецназовца рядом с наручниками находился и ключ, на всякий случай пристегнутый карабином. Заполучив его, дальше Дамира управилась сама, поспешно перелезла за руль, скользнула пальцами по замку — ключей не было.

— Проклятье!

Капитан Алихеро тем временем продолжал не торопясь осматривать номер. Он не знал, приехал сюда русский наркоторговец с товаром, с деньгами или просто на разведку. Судя по отсутствию багажа, оружия и охраны — скорее всего, хотел наладить связи. Ничего ценного с собой не имел. Но тем не менее, помещение следовало тщательно обыскать. И сам номер, и все, что рядом. Контрабандисты, считая себя всех умней, очень часто скрывают самое важное рядом с комнатой, в тайниках в коридоре, на балконе, на стенах за окнами. Надеются, что при обыске туда не заглянут.

Распахнув окно, офицер выглянул наружу, желая осмотреть карниз и стену, но его внимание привлекла возня возле его машины. Не веря своим глазам, он увидел, как арестованная контрабандистка перебирается за руль, а стоящий рядом могучий спецназовец этому никак не препятствует.

— Эй! — заорал он. — Что там происходит! Боец, твое имя?!

— Смотри, как раскричался, — повернулась на вопли Дамира. — Может, это его машина? Шеньшун, попроси ключи.

— Эй, ты! — ответил офицеру нуар. — Кинь ключи от машины!

Капитана Алихеро происходящий прямо на его глазах наглый побег заключенной взбесил настолько, что в смысл просьбы спецназовца он как-то и не вник. Просто сунул руку в карман, нащупал брелок и ловко метнул в руки атлета, не переставая угрожать:

— Стоять! Стоять на месте, или буду стрелять!

Дамира приняла ключ, вставила в замок. Двигатель завелся с полуоборота. Нуар запрыгнул на пассажирское место, и миниджип с мигалкой, провернув на асфальте ведущие колеса, сорвался с места.

— А-а-а, проклятье! — застучал кулаками по карнизу офицер. — Ольянта! Полиция! Где вы все?! Побег! Побе-ег!!! Иисус Мария, вы все заснули, что ли?! Убью!

А юркая и мощная машинка пронеслась по улице, строго следуя знакам, указывающим главную дорогу, свернула к лесистым горным склонам, которые совсем рядом поднимались высоко в небеса, и вылетела на шоссе, идущее по границе между городом и рекой. Несколько лихих петель вдоль извилистого русла, короткий широкий мост — и они оказались за пределами Кильябамбы.

Дорога на удивление не спешила забираться на высоту, а вскоре и вовсе скрылась в густых и тенистых лиственных джунглях. За лесом начался обширный сад, который тянулся больше километра. С окончанием сада оборвался и асфальт. Дамира, глянув в зеркало, предпочла сбросить скорость. Еще несколько петель через леса — и грунтовка, сузившись метров до пяти, потянулась вдоль самого берега реки. Или, точнее — над ним, на высоте трехэтажного дома. Женщина, не желая рисковать, стала притапливать педаль газа послабее.