— У него и на это готов ответ… — Ада откинулась на спинку стула.

— Смирнов болен и достаточно философски относится к этому. По его словам, выживут те, что адаптируется. Вирус — новая проверка на нашу готовность к переменам. Слабые и неприспособленные просто вымрут. Те, кто воспримут вирус, пойдут дальше.

— Ничего глупее не слышала. Хорошо… Предположим, рейдеры доберутся до Острова Ломоносова. Предположим, это не обман и они получат сыворотку. Но успеют ли обратно?

— Нет, — ответил, не раздумывая Лука. — Шансы на то, что мы сможем при нашей катастрофической ситуации отыскать свое средство, чрезвычайно малы. Мы умрем. Люди продолжают заражаться даже через маски. Мы это знали. Вопрос времени, когда эпидемия перейдет в стадию, когда контролировать ее будет невозможно совсем. А какое у нас оружие? Коктейль для укрепления иммунитета и вакцина-замедлитель. Скорее всего, вернувшись, рейдеры застанут в Бастионе гору трупов и пару дюжин незаболевших. Если к тому времени эти люди, обезумев, не совершат массовое самоубийства или не уничтожат само убежище.

— Мрачная картина, — помолчав, заметила Сальникова.

— У островитян есть воздушный транспорт, — сказал Генрих. — Обратно они могут отвезти наших рейдеров по воздуху. Так быстрее.

Председатель почувствовала острое желание сорвать маску. Все равно толку от нее нет.

— Если бы не эпидемия, я… пожалуй, не стала бы давать добро на экспедицию.

Лука и Генрих ждали продолжения.

— Вы сами прекрасно поняли! Вот вы двое — какой был бы ваш ответ на прямой призыв о помощи? У вас есть все возможности решить проблемы быстро и эффективно, сохранив жизнь огромному количеству людей. Вероятно, последних на всей Земле. Киваете. Да, вы бы бросились сломя голову на помощь. А они — нет. Вместо того терпеливо разъясняют, что лекарство вы получите только при личном контакте. Я не знаю, кто они. Что за люди такие. Или вовсе не люди. Не смотри на меня так, Лука! Мы все обсуждали не раз. По сути, нам до сих пор неизвестно, с кем мы разговариваем. — Кровь прилила Аде к голове, заколотилась в горле. Да, она была зла. Еще как зла. И больше всего ее приводила в ярость не эпидемия.

Сальникова сорвала маску и бросила ее на стол.

— Все, с меня хватит! Если заболею, то хоть напоследок полной грудью подышу.

Мужчины молчали, переглядываясь.

— А теперь послушайте меня внимательно. Вы, Генрих, руководите научной частью экспедиции. Проинструктируйте своих людей. Как только вы приедете в Пермь, вы должны знать, что находитесь на территории потенциального врага. Островитяне, если они существуют, ваша цель.

— Почему?

— Объясню. Рейдеры уже получили от меня инструкции. Секретный приказ, если хотите. Суть в том, что если островитяне попробуют вас обмануть, начнут под теми или иными предлогами затягивать дело, вы примените оружие. Рейдеры свое, вы свое. Возьмите из лабораторий что-нибудь поубойнее. У вас ведь есть, да? И помните, на карту поставлен Бастион.

— Предлагаете напасть? — уточнил Буланов.

— Да. Силой забрать у них вакцину! Захватить воздушный транспорт и вернуться как можно скорее. Наши солдаты не будут колебаться — психологически это вполне понятно. У каждого здесь больные родственники или уже умершие. Менее всего наши солдаты станут думать о гуманизме. Я смотрела в их глаза. Они готовы пройти по трупам, если возникнет необходимость.

— Ада, ты не знаешь, что говоришь… — выдохнул Генрих под маской.

— Знаю, — спокойно ответила та. — Знаю. Мой приказ — моя ответственность. На мне умирающее убежище, поэтому… когда придет момент, будьте готовы убивать… Вспомните о наших детях, умирающих от болевого шока. Обо всех других, не получивших ответа, почему мы не можем их вылечить.

— Но ведь… Ада… есть множество способов, — пробормотал, еще не окончательно сдавшись, директор ИЦ.

— Назови хотя бы один!

— Я называл. Мы можем выйти на поверхность. Под солнце, под свежий воздух. Установить там палаточный лагерь и смонтировать боксы.

— Что это даст?

— Замкнутая атмосфера усиливает эпидемический эффект. Здесь вирус может дать новый штамм.

— Это все? Есть другие мысли?

— Уверен, найдутся…

— Поздно, Генрих. У тебя впереди другое дело, а Лука, так и быть, пораскинет мозгами. Все. Прием окончен. Возвращайтесь на свои места. — Ада резко встала. — Генрих. Перед отъездом ты и полковник Мих зайдите ко мне.

Разошлись молча, еле передвигая ногами от усталости. Коридоры и металлопластиковые пещеры Бастиона казались пустыми, в них безраздельно царствовало зловещее эхо. Там, где раньше были люди, теперь поселилось ничто. Остались одни призраки, порожденные воспаленным воображением.

Процент здорового, пригодного к работе населения сокращалось день ото дня. Те, кто оставался, старались максимально снизить будущий ущерб и не допустить резкой остановки производства и машин. Консервация механизмов производилась начиная с менее востребованных. Уже остановились и были обесточены предприятия по производству одежды, тары и других товаров повседневного потребления. Настанет момент, когда Бастион полностью перейдет на автоматику, которая будет поддерживать системы жизнеобеспечения. Вода, воздух, тепло, энергия — это все останется в убежище и после того, как вымрут люди. После того, как выжившие состарятся и скончаются своей смертью через много лет. Но и тогда ресурсы генераторов не будут выработаны. Даже тогда.