— Ну, меня ты здорово лечила… так что и тут пригодишься. Мне же придется вернуться во дворец, — вздохнул Арвис. Посмотрел на отца — тот то ли уснул, то ли потерял сознание прямо у него на руках.

Ничего, теперь не страшно, мы его поставим на ноги!

С маэллтом Денэрисом — моим свекром — я подружилась быстро и крепко. Я была восхищена, что он не только не сломался в застенках, но сохранил острый ум и чувство юмора. Да и сейчас без капризов и нытья выносил самые неприятные процедуры. А его, похоже, забавляли мои манеры, нестандартное поведение и отсутствие сентиментальности. На себя я взяла перевязки, пятиразовое кормление и объяснение всего того, что у нас тут происходит.

Кстати, голова у него варила здорово.

На пятый день я решила, что уже можно повесить на стену зеркало без риска, что Нэрс — так позволил называть себя старший маэллт — шлепнется в обморок при виде своей седой черепушки со впалыми щеками и сломанным носом. Вот пусть смотрит! Будет стимул и есть лучше, и зарядкой заниматься. А как в порядок себя приведет — тогда и маэллите можно будет явить воскресшего мужа.

Через неделю я все же поняла, что Вовкой в Тридевятом царстве мне нравится быть куда больше, чем Флоренс Найтингейл, и, перепоручив уже не столь недужного маэллта одной из невесток Борадиса, вернулась в цех к родимым паровозам. И к любимому мужу, который вкладывал столько сил в лечение отца, что к ночи сам еле на ногах стоял. Нэрс вздохнул — похоже, ему нравилось со мной болтать, взял с меня обещание навещать его не реже раза в день — и отпустил ваять минометы.

А ведь были еще встречи с Аем. Требовалось узнать все, что можно, про производство бездымного пороха и взрывчатки, переработку нефти и многое-многое другое. Притащить запас пластида взамен того, которым снесли дворец шиарда. Раздобыть, сколько получится, патронов и еще хотя бы пару пистолетов. Присмотреться к снайперским винтовкам. И встречной ходкой переправить поиздержавшемуся Аю пару кошелей с золотом на продажу. И так далее…

Я настолько замоталась, что и не прореагировала, когда женские дела не пришли вовремя. И вообще не пришли. Запросто — переутомление, стресс, хронический недосып… Бывает. Да и с Арвисом в этом месяце мы почти не спали вместе — все время что-то мешало. Выкинула из головы сбой цикла и села читать отчеты егерей, обследовавших русла горных рек, стекавших к морю. Ага, на одной уже даже есть озеро, запрудить будет совсем просто. С двумя другими придется помучиться, устраивая каскады из двух-трех плотин поменьше. Кстати, в будущем это — отличное место для гидроэлектростанций! Вот научимся делать сталь, годящуюся для лопаток турбин, — и построим!

Представила маэллтовский замок, сияющий, аки новогодняя елка, электрическими лампочками. Было готичненько, станет гламурненько! Но в розовый красить не будем, не люблю я такого.

Единственным, чего я не понимала, было то, почему Ая до сих пор не пускают домой. Выходило, что, несмотря на наши старания, решающего перевеса мы так и не добились. Либо до чего-то не додумались. Или, может, нужно пережить прямое противостояние, разгромить врага… и только тогда маэллт сможет вернуться на родину? Непонятно…

Пока же оба брата на пределе сил, как хомяки перед голодной зимой, перли к себе в закрома все, что казалось им полезным: учебники по разным предметам, специальную литературу, образцы тканей, пластиков, металлов, небольшие приборы и агрегаты, запас патронов, достаточный для того, чтобы устроить революцию на Кубе, а заодно и в Гондурасе, черенки разных сортов смородины, малины, облепихи, кустики садовой земляники с клубникой и клубни загадочного растения топинамбур.

Я, заприметив на кухне одну из доставшихся мне от бабушки страшно удобных квадратных жестяных банок для сыпучих продуктов с надписью на боку «Ленинград» и шпилем Петропавловской крепости, попросила себе такую. А что? В Риоллее ничего подобного нет. Удобно однозначно. Мышам и крысам не по зубам. Вот спорить могу — будет спрос! А деньги нужны всегда!

Еще потребовала пасты про запас, схему зубного кресла и пяток хороших сверл — вдруг да пригодится? Лучше б все это в комплекте с хорошим стоматологом… но где ж найти согласного провалиться черт-те куда без гарантии возвращения? Кстати, интересно, кого бы вынесло из Аризенты на Землю вместо того стоматолога?

Для Тиабра, кроме свернутого в трубку журнала, который мне так и не показали, Ай раздобыл красную футболку с грудастой Памелой Андерсон. Я в принципе не возражала — Тиабру такое точно понравится. Единственно, если Пэм станет новым каноном аризентской красоты, ну-у… значит, мне опять не повезло, я не в струе снова.

Но мысль о футболках пришлась мне по вкусу. Аналог хлопка в Аризенте был. Всякие ситчики и байки делать уже умели. И простенькие станки были тоже. То есть нужно привезти образец продукции — пару футболок и трусов, схему продвинутого станка и выдать это все Борадисову родичу, тому, который с гамаками. Он справится!

От чтения инструкций про получение нитроглицерина я пришла в ужас. Эта дрянь взрывалась от всего, даже от кашля в соседней комнате. И путь внедрения был просто вымощен трупами подорвавшихся химиков. Вспомнила, как читала, что даже Нобель занялся своим динамитом после того как у него, унеся множество жизней, рванул нитроглицериновый заводик.

Свой страх мне удалось донести до К-2. Тот пообещал подумать над мерами предосторожности и, пока процесс не отлажен, делать все в микроскопических дозах.

Гремучая ртуть, которая нужна нам была для капсюлей, таких страхов у меня не вызывала. А больше всего понравилось почему-то гремучее серебро. И получать его было проще всего — растворить металлическое серебро в азотной кислоте, немного подогреть, влить в спирт и греть на водяной бане дальше, до начала реакции. Выделяется гремучее серебро в виде иголок. Правда, они тоже взрываются от мышиного чиха в соседнем амбаре…