— Нет, не довольна.

Джон остановился и посмотрел на нее с раздражением.

— Я не знаю, почему у тебя сегодня такое плохое настроение. Я хочу, чтобы оно улучшилось. Я уже устуйил тебе в споре. Что еще ты хочешь?

Ее сердце сильно билось.

— Я хочу, чтобы ты извинился.

— Что?

— Я хочу, чтобы ты передо мной извинился за свою грубость.

— Джессика, что случилось сегодня с тобой? Какая муха тебя укусила?

— Джон, я хочу, чтобы ты относился ко мне с уважением. Ты оскорбил меня в присутствии наших друзей. Это несправедливо.

Джон уставился на нее. Бонни и Рэй делали вид, что рассматривают сувениры. Джон сказал тихо, тоном, который она знала очень хорошо:

— Ну все, довольно. Постарайся избавиться от всего, что тебя беспокоит, и не порть нам, пожалуйста, день.

— Портишь все ты, Джон, — сказала она ровным голосом. Она себя очень хорошо контролировала. — Я терпела твое высокомерное отношение. Ты постоянно не давал мне говорить. Мое терпение лопнуло.

У него широко раскрылись глаза, он быстро отошел. Джессика за ним не последовала. Бонни и Рэй смотрели с недоумением друг на друга. Когда Джон был на расстоянии нескольких ярдов, Джессика крикнула:

— Уходи, я буду только рада!

Он остановился:

— Джессика, иди сейчас же сюда.

— Перестань разговаривать со мной как с ребенком.

Он смотрел на людей, которые проходили мимо, потом подошел снова к Джессике и сказал тихим голосом:

— Ты привлекаешь к себе всеобщее внимание.

— Мне наплевать.

— Я знаю. Поэтому ты защищаешь клоунов в суде.

— Не надо менять тему разговора. Я хочу выяснить наши отношения здесь и сейчас.

— Я не собираюсь заводить спор с тобой на виду у всех.

— Когда мы вдвоем, ты тоже отказываешься говорить.

— Я не хочу с тобой говорить, когда у тебя истерика. Она смотрела, как он удалялся. Он уходил из дома много раз, чтобы избежать серьезного разговора. Дома он наказал бы ее молчанием, потом исполнил бы свой супружеский долг, как будто ничего не случилось. Сейчас Джессика посмотрела, как он удаляется, затем повернулась и пошла в обратном направлении.

Джон понял, что произошло, догнал Джессику.

— Ты отдаешь себе отчет в том, что ты сейчас делаешь?

— Я иду домой, — сказала Джессика, высвобождая руку и продолжая идти.

— Ты собираешься уйти от меня?

— А почему бы и нет? Все время уходил ты, сейчас моя очередь!

— В чем все-таки дело? У тебя что, месячные? — Джон больно схватил ее за руку.

Джессика высвободила руку и зашагала еще быстрее. У входа ее снова догнал Джон.

— Одумайся, Джессика!

— Если ты хочешь вернуться на ярмарку, тебе лучше поставить отметку на руке.

Она быстро вышла через ворота. Он смотрел вслед, затем бросился за ней.

— Я этого не потерплю, Джессика. Мы сейчас вернемся, и ты извинишься перед нашими друзьями.

— Они нам не друзья, Джон. Бонни и Рэй мне не по душе.

— Нашла время говорить об этом!

— Я говорила тебе об этом раньше, но ты не хотел меня слушать. Пусти меня. Я еду домой.

— Нет, ты никуда не поедешь!

— Ты не поставил себе отметку на ладонь, Джон. Теперь тебе придется заплатить, чтобы вернуться и забрать свои проклятые бокалы.

— Я купил их для тебя.

— Нет, не для меня.

Лицо его вспыхнуло. Он с силой сжал ее руку.

— Клянусь тебе, Джессика, если ты не вернешься со мной, пожалеешь!

— Я сожалела восемь лет, Джон. Сейчас в первый раз я не жалею ни о чем.

— Что, черт возьми, случилось?

— Я просто дошла до точки, Джон. Вот и все. Я устала от того, что ты обращаешься со мной как с маленькой, постоянно говоришь мне, что делать, что надеть, что съесть на обед. Ты унижаешь меня сотни раз в день по всяким мелочам. Я не могу иметь точку зрения, если она в чем-то не совпадает с твоей. Ты не даешь мне открыть рта в присутствии других людей. Ты высмеиваешь мои занятия.

— Значит, ты собираешься меня здесь бросить и уехать?!

— Тебя могут подвезти Бонни и Рэй, если, конечно, ты не пожелаешь поехать со мной и поговорить обо всем.

— Никуда я с тобой не поеду, черт побери! Ты у меня перестанешь вести себя как избалованная девчонка и наконец повзрослеешь.

— По-моему, ты ерничаешь. — Она вырвалась и почти побежала. Он бросился за ней и встал на пути.

— Я не позволю тебе этого сделать.

— Для того чтобы уехать домой, мне не нужно твоего разрешения. Я вполне справлюсь с машиной сама. Я вообще способна на многое, Джон.