— О какой сумме идет речь? — недоверчиво поинтересовался начальник.

Леха меланхолично нарисовал на листке бумаги такую длинную последовательность цифр, что увидевший ее Заславский только присвистнул, когда программист придвинул к нему свои записи.

— И ты готов передать все это агентству?!

— О чем ты? — искренне удивился Ночной демон. — Это только твоя личная доля. — Уставной капитал конторы в работе. Не стану объяснять тебе все тонкости финансовых операций, но можешь быть уверен — в ближайшие пару лет "Химера" вполне продержится на плаву без каких бы то ни было внешних вливаний. Не думай, что я могу только стучать по клавишам! — он хитро подмигнул начальнику.

— Спасибо! — искренне ответил Заславский и повернулся к остальным. — Это все официальные сообщения, которые у меня для вас есть. Если у кого-то срочные дела, я готов обсудить их немедленно. Все остальные вопросы мы решим позже, — Максим обвел взглядом собравшихся. — Что ж, вы можете быть свободными, я попросил бы остаться только госпожу Баташову.

Устроившись в своем кресле Заславский дождался, пока все сотрудники покинут зал и только потом заговорил:

— Как ты? — поинтересовался он, водружая на стол толстую синюю папку.

В этом вопросе было слишком много смысла, чтобы ведьмачка смогла ответить на него более или менее лаконично, поэтому она лишь молча пожала плечами.

— Я был у Вика, — неизвестно зачем озвучил очевидный факт начальник конторы.

Ольга все так же молча кивнула.

— Если ты хочешь навсегда вычеркнуть меня из своей жизни — я пойму! — продолжил Максим. — В этой папке документы на агентство. Ты можешь распорядиться им на свое усмотрение и…

— Заславский! — прервала его девушка. — Ты редкий зануда и разгильдяй. С тобой совершенно невозможно работать, но агентству нужен руководитель, а специалиста лучше тебя нам все равно не найти. Я не стану работать здесь, если ты уйдешь.

— Спасибо.

— А что с твоим братом? — запоздало поинтересовалась Баташова. — Что он тебе рассказал?

— Ничего, — пожал медвежьими плечами Максим.

— Как?! — от возмущения девушка даже вскочила на ноги. — Как он мог тебя так обмануть! Я немедленно поеду к нему и потребую…

— Сядь, — устало выдохнул Заславский. — Я сам отказался от обещанной награды.

— Но почему?

— Взамен я попросил, чтобы он не удерживал тебя, если ты не захочешь к нему возвращаться. Прости, но я кажется опять влез в твою жизнь без разрешения.

Ольга внимательно посмотрела ему в глаза и неожиданно предложила:

— Давай выпьем?!

— Что прямо с утра? — делано возмутился Максим. — А у тебя есть?

Ведьмачка кивнула и с готовностью подскочила, направляясь к потайному бару.

— Мы по чуть-чуть. И никому ничего не скажем, — Баташова щедро плеснула виски по бокалам. — Только за льдом надо в кабинет бежать, — виновато призналась она. — Подождешь?

— А как же конспирация? — устыдил ее начальник. — Теплое выпьем!

Ольга с готовностью кивнула и вернулась на свое место.

— За Матвея! — она подняла крепкий напиток.

— За Матвея! — согласился Максим.

Они залпом выпили и одновременно поморщились.

— Вместе мы найдем их, — серьезно заявила Ольга, наливая по второй.

Максим кивнул, отметив, что совместные возлияния существенно способствуют лаконичности общения. Он прекрасно понял, кого имела в виду его заместительница, но не стал ее разочаровывать. Вряд ли ему удастся раскопать следы Сашкиных убийц, но это, в конце концов, не так уж и важно. Его близкие обрели покой, не зависимо от того, какую смерть они приняли. Надо помогать живым, а не пытаться достучаться до призраков прошлого.

— Можно задать тебе личный вопрос? — Ольга опрокинула в себя очередную порцию виски, и на ее щеках заиграл румянец. — Как получилось, что ты сломал Королькову четыре пальца?

— Три с половиной, — привычно поправил Максим, разливая "огненную воду". — Это долгая история и ее лучше всего рассказывать с ним по ролям. Мы с тобой обязательно как-нибудь напоим его и заставим поведать все как на духу.

— А что будет дальше? — поинтересовалась Баташова и начальник снова понял ее без лишних слов.

— Вик добился своего — оба спорщика получили по шапке и сильно задумаются, прежде чем повторять свои эксперименты. Равновесию ничто не угрожает. Лет через пятнадцать-двадцать подрастет ребенок Марины Самохиной, которых, как я понял, суккуб успел передать его своему нанимателю, но до той поры Пьер будет сидеть тихо, как мышка. Антон успел основательно его потрепать и теперь кресло под французом основательно шатается. Варвара успешно поправила свое положение за счет друзей Марины и теперь сможет расправить плечи. Китанина… о ней и говорить нечего. Антон может и соберется вернуться в город, но уж точно не скоро. После такого поражения он будет долго приходить в себя. Я бы на его месте перебрался в другую область. Иногда проще строить заново, чем восстанавливать разрушенное.