Довольная тем, что наконец-то все улажено, Эшли надела толстые перчатки, туго затянула их на запястьях и прихватила «липучками». Затем она подняла рюкзак и закинула его на спину. Наблюдая за тем, как ее товарищи один за другим исчезают в «червоточине», она подошла к Блейкли и, глядя ему в глаза немигающим взглядом, проговорила ледяным голосом:

— Хорошенько присматривайте за моим сыном!

— Разумеется. Роланд позаботится о том, чтобы каждое утро мальчик приходил в радиорубку и вы сами убедились в том, что с ним все в порядке.

Эшли кивнула. Из всех членов ее команды она одна осталась у входа в пещеру. Опустившись на колени, она легла животом на доску и поерзала, стараясь принять наиболее удобное положение. Затем включила лампу на каске и уперлась обеими руками в стены отверстия, чтобы хорошенько оттолкнуться.

Черт, эта дыра все же ужасно напоминала канализационную трубу!

Эшли сунула свои сани в рюкзак и подошла к группе, собравшейся возле нескольких возвышавшихся из пола сталагмитов. Лучи ручных фонариков и ламп на касках мелькали в темноте, как светлячки в банке.

По размеру эту пещеру можно было бы сравнить с футбольным полем, но она, бесспорно, была в сотни раз меньше гигантской Альфа-пещеры, которая своими невероятными размерами не уступала Гранд-Каньону.

По пещере гулял ветерок — влажный и свежий. Линда подняла платок, и он стал колыхаться наподобие знамени.

Когда Эшли подошла, Бен как раз объяснял этот феномен Линде.

— Пещера дышит, — говорил он, — в результате разницы в барометрическом давлении. В одной из пещер Белиза я как-то даже запускал воздушного змея.

Линда опустила руку с платком.

— Мне нравится этот ветер. Он такой… освежающий.

— Ладно, команда, — проговорила Эшли, остановившись рядом с Беном, — следующий километр этой системы уже нанесен на карту, поэтому мы можем преодолеть его с ходу.

Бен поднял руку.

— У меня есть предложение.

Эшли кивнула.

— Поскольку мы — одна команда, прошу всех не стесняться и свободно высказывать свои соображения и предложения, если таковые появятся. Что ты хотел сказать, Бен?

— Прежде чем мы полезем в неисследованные районы, предлагаю разбиться попарно. Когда исследуешь пещеры, приходится чаще взбираться и спускаться, нежели ходить по ровной поверхности. Парами нам будет легче помогать друг другу в сложных местах.

— Отличная мысль, — сказала Эшли. — Я думаю…

— Кроме того, — не дав ей договорить, продолжал Бен, — разбившись на пары, мы сможем экономить энергию, поскольку постоянно будет гореть только одна лампа. В здешней темноте даже одна лампа может оказаться дороже любых сокровищ. — Он посмотрел на Эшли и улыбнулся. — Тем более что после суток, проведенных в этой темноте, слишком яркий свет будет резать глаза. Уж вы мне поверьте.

Эшли согласно кивнула и, повернувшись к остальным, сказала:

— Сделаем так, как предлагает Бен. Пусть каждый выберет себе пару.

Бен немедленно оказался возле нее и сладким голосом произнес:

— Как поживаешь, напарник?

— Тпру! — осадила его Эшли. — Как ты мог заметить, нас здесь нечетное число, поэтому я, как руководитель команды, буду по мере необходимости присоединяться к разным парам.

К этому моменту две пары уже сформировались: Халид и Линда договорились о том, что будут идти вместе, а двое «морских котиков» были и без того неразлучны и теперь о чем-то перешептывались. Оставшиеся без напарника Бен и Майклсон смотрели друг на друга.

— Вот дерьмо! — пробормотал майор.

А Бен сокрушенно покачал головой и промямлил:

— Вечно я влипаю со своими дурацкими идеями!

Эшли, пряча улыбку, копалась в своем рюкзаке.

— Ну, — сказала она, — с этим мы разобрались, так что давайте двигаться дальше. Дел у нас — непочатый край. — Она посмотрела на двух набычившихся мужчин. — Теперь первыми пойдут Бен и Майклсон. Следующие несколько миль внимательно прислушиваемся ко всему, что будет говорить Бен. Он обладает наибольшим опытом в спелеологии, и мы все должны перенимать у него необходимые навыки и следовать его советам. Это необходимо, чтобы нас не постигла участь первой экспедиции.

Члены команды продели руки в лямки рюкзаков и щелкнули фиксаторами саней. Лишние лампы были выключены, но от этого, как заметила Эшли, света не стало намного меньше. Она пошла следом за Беном и Майклсоном.

Водя фонарем из стороны в сторону, Эшли разгоняла темноту, которая тут же смыкалась, как воды черного озера. Она думала об их экспедиции. Точнее, о двух экспедициях. Каково это — оказаться в этой каменной могиле и смотреть, как слабеет свет твоего фонаря и тьма обволакивает тебя черной пеленой. Эшли поежилась. А каково было неизвестным строителям, дальним предкам человека? Как они умудрялись выживать в этой вечной кромешной темноте?