– Но я не обманываю! – воскликнула Реми. – В тот вечер, когда на меня напали, у меня на платье была твоя брошка. А я бы не надела ее, если бы не хотела с тобой помириться. Неужели не понятно?

У Коула вырвался хриплый стон, и, не в силах больше сдерживаться, он притянул Реми к себе. Поцелуй его был таким же пылким и нежным, как в Ницце. И она мгновенно откликнулась на него.

Коул принес Реми в спальню и принялся раздевать. Она порывалась раздеться сама, но он не позволил. Откинув полосатое покрывало, Коул осторожно положил Реми на кровать и поспешил скинуть свою одежду. Она приподнялась на локте и наблюдала за ним из-под полуопущенных век. Потом откинулась на подушку. Их взгляды встретились, и огонь страсти выплеснулся наружу.

Коул давал себе слово не торопиться, но он слишком стосковался по Реми и мгновенно потерял голову. Его опьянил аромат ее кожи, он осыпал тело любимой быстрыми жадными поцелуями, изнемогая от желания. Когда губы возлюбленного прикоснулись к ее груди, Реми затрепетала и прошептала ему на ухо:

– Люби меня, Коул!

Реми надела шелковый блузон с геометрическим рисунком, застегивающийся на одну пуговицу, и посмотрела на Коула, который разметался на голубой простыне. Его голая грудь мерно вздымалась и опадала. Коул безмятежно спал и тихонько похрапывал во сне. Реми улыбнулась, с благодарностью вспоминая минуты любви, присела на краешек кровати и пощекотала мочку его уха.

– Ты опять заснул прямо на мне! – прошептала она, обдавая Коула своим горячим дыханием.

Он сонно погладил ее по спине, но, почувствовав под рукой шелковую ткань, в ту же секунду открыл глаза.

– Что это? – Коул поцеловал Реми в уголок рта. – Зачем ты оделась? Я тебя раздевал не для этого.

– Знаю. Но мне пора, – с сожалением сказала Реми.

– О нет! – лениво прищурился Коул и сомкнул руки в кольцо, не выпуская ее. – Ты останешься здесь… со мной…

– Я бы с удовольствием. – Реми с трудом удерживалась от искушения скинуть одежду и снова юркнуть под одеяло. – Но не могу. У меня на полпятого назначена встреча с Гейбом, а уже четыре.

– Ничего страшного! – Рука Коула переместилась на ее бедро. – Позвони ему и откажись. Сошлись на непредвиденные обстоятельства. Тем более что это правда, – лукаво добавил Коул, указывая глазами на выразительный бугорок, вдруг образовавшийся под простыней, которая прикрывала его бедра.

Реми улыбнулась.

– А ты ненасытный.

– С тобой – да.

Реми понимала его: она и сама никогда бы не смогла им пресытиться. Каждый раз в объятиях друг друга они, казалось, обретали чудесную тайну, которую им, слава Богу, никак не удавалось разгадать.

– Но мне действительно нужно встретиться с Гейбом, – нерешительно возразила Реми.

Серые глаза потеряли игривый блеск и посмотрели на нее с откровенной мольбой.

– Останься со мной, Реми.

– Но… я же только вернулась и должна хоть немного побыть с родителями.

– Ты верна себе, Реми, – вздохнул Коул. – Твоя родня всегда была у тебя на первом месте.

– Давай не будем спорить, – поспешно сказала Реми, предчувствуя назревающую ссору.

– Давай. Тем более что это все равно бесполезно, – сухо ответил Коул и натянуто улыбнулся.

Еще один поцелуй, несколько ласковых слов, сказанных напоследок, – и вот Реми уже выходит из квартиры Коула.

Очутившись на улице, она с наслаждением дышала пьянящим воздухом Французского квартала, напоенным ароматом специй и пряностей. Косые лучи солнца слегка золотили белую штукатурку домов. Денек выдался просто удивительный.

Когда она сворачивала на улицу Бурбонов, кто-то подхватил ее под локоть. Реми среагировала инстинктивно: вместо того, чтобы отшатнуться от того, кого она приняла за уличного грабителя, девушка резко ударила его локтем под ребра. Он ахнул и отпустил ее руку. Реми повернулась к нему: перед ней стоял седобородый господин, которого она в последний раз видела в музее.

– Кто вы? Что вам от меня нужно? Зачем вы за мной ходите? – накинулась на него Реми.

– Если вы не возражаете, мисс Жардин, то вопросы буду задавать я, – спокойно заявил незнакомец.

Под пронзительным взглядом его голубых глаз Реми стало не по себе. Она тут же вспомнила инспектора Арманда.

А незнакомец продолжал:

– Вы ведь Реми Жардин, не так ли? Насколько я понимаю, это вас я видел утром на балконе?

– Вы до сих пор не представились, – сердито сказала Реми.

– Говард Хэнкс. – Мужчина выудил двумя пальцами из нагрудного кармана визитную карточку и протянул ее Реми. Потом раскрыл бумажник и показал удостоверение следователя страховой компании.

Реми тупо смотрела на карточку. Душа у нее ушла в пятки, в ушах звенело. Внутренний голос грозно предупреждал: «Ничего не рассказывай ему! Ничего! Слышишь?»

Это было глупо, ведь она понятия не имела, что от нее нужно Говарду Хэнксу. Да и вообще, почему она должна от него что-то скрывать?

Пытаясь потянуть время, Реми взяла карточку в руки и холодно поинтересовалась:

– Вы всегда нападаете на свои жертвы на улице, мистер Хэнкс?

– Нет, я нападаю только на тех, кто не желает отвечать на мои телефонные звонки и прикидывается больным, когда я прихожу к ним домой. – Он кивнул на ближайший бар. – Вы позволите вас пригласить?