– Не доперло, Рус? – грустно улыбнулся Клепа. – Эх ты, американец хренов. Да вы похожи с ним как две капли воды. И нос он морщит, как это только у тебя получается.

Руслан откинулся на сиденье словно оглушенный. Мозг со скрежетом переваривал неожиданное известие, в которое разум пока отказывался верить. У него есть сын?

Когда врач уехал, Саша с Игорем зашли в комнату матери. Она сидела на диване, сложив перед собой руки, и пристально смотрела в одну точку.

– Лена, – позвал мачеху Саша, – надо ехать. Отец сказал, здесь небезопасно. Там на улице милиционер с машиной, нас проводят.

– Где Снежана? – прошептала женщина.

Братья переглянулись.

– Папа найдет ее, – отважился сказать Игорь. – Пойдем, а?

Лена с трудом встала на ноги, и близнецы помогли ей выйти на улицу.

Пока они шли к машине, ноздри Саши неожиданно уловили запах духов, и он вздрогнул. У него было прекрасное обоняние, и он редко забывал запахи. Этот он помнил очень хорошо.

Он помог мачехе сесть в машину и махнул скучавшему неподалеку старшине, что они готовы. Тот сел в служебный «бобик».

В машину ввалился Игорь. В руке он держал за волосы перемазанную грязью куклу. Он положил ее на заднее сиденье и сказал:

– Наверное, Снежана оставила. Валялась на траве, прямо у ступенек.

Поймав молящий взгляд Лены, он осекся и замолчал. Машина тронулась с места, и Саша вновь почувствовал, как салон заполняет до боли знакомый запах духов. Тех самых, которые он подарил Тане на свои собственные деньги, в день ее рождения. Это были редкие духи, и еще нигде в Горячем Ключе он не встречал подобного аромата. И моментально в сознании возник образ Тани – изумительной девушки с огненно-рыжими волосами, соблазнительной фигуркой и звонким заразительным смехом. Месяц назад они серьезно поссорились, и Саша в силу своего характера не желал первым идти на примирение, хотя и очень страдал от этого. Откуда здесь, в машине мачехи, запах Тани?!

И в этот момент, как назло, Игорь повертел носом и сказал:

– Че-то дымом воняет. От куклы, что ли?

Саша только крепче сжал руль. Он что, дурак? Какой дым? Не может отличить дым от элитных духов, придурок?

– Это чужая кукла, – вдруг сказала Лена, бросив взгляд на куклу. – У Снежаны была другая.

– Ну не выкидывать же ее, – заметил Игорь.

Саша сглотнул. Слюна была вязкой и кисловатой, как наутро после того, когда он однажды смешал на своем дне рождения мартини и водку. Запах духов становился резче, он казался осязаемым и щекотал ноздри юноши.

– Нам чужого не надо, – резко произнесла Лена. – От нее действительно несет гарью.

– Не буду же я ее на ходу выкидывать? – сказал Игорь.

Запах духов становился таким плотным, что еще немного, и его можно было отщипывать кусочками, как лаваш. Саша взглянул в зеркало заднего вида и чуть не выпустил руль – между мачехой и братом сидела… Таня. С распущенными рыжими волосами, она дерзко улыбалась Саше, ее маленькие, но крепкие груди глядели на него, набухшие от возбуждения соски торчали как пули, майка слегка задралась, показывая татуировку в виде змейки на плоском животе девушки. Он дал по тормозам, шины завизжали, Игорь от неожиданности ткнулся носом в переднее сиденье, Лена охнула в испуге, а кукла по инерции полетела вниз и свалилась на коврик вверх ногами, выставив на всеобщее обозрение свой пластмассовый зад в трусиках сомнительной чистоты.

– Ты что?! – крикнул Игорь, потирая ушибленный нос. – Водить разучился, идиот?

Саша обернулся назад. Естественно, никакой Тани там не было. Да и не могло быть.

Ведь через три дня после их ссоры Таня утонула. Но тело ее не нашли, и Саша отказывался верить в ее смерть.

Когда они приехали домой, у Лены снова разболелась голова, и она пошла к себе в спальню. Игорь бросил куклу на веранду:

– Пусть проветрится. Может, это все-таки Снежанка обронила.

Он ушел, а Саша, загнав машину в гараж, приблизился к кукле. У него все еще кружилась голова, сердце бешено колотилось, он никак не мог вытеснить из сознания образ Тани на заднем сиденье автомобиля. Он будто снова увидел ее бесподобную улыбку, ее томные зовущие глаза, ее бархатистую кожу, сексуальную татуировку справа от пупка… Парень осторожно взял куклу в руки. Запах духов еще присутствовал, но становился все легче и легче, пока не исчез вовсе. Саша стоял, старательно обнюхивая куклу, неожиданно отметив про себя, что выглядит как полный кретин. Спохватившись, он торопливо бросил куклу на пол и вошел в дом.

Наверное, все дело в таблетках. Вчера вечером Витек из параллельного класса подкинул ему еще несколько штук. Саша никогда бы не признался брату в том, что балуется наркотой, а уж отцу и подавно, тот мигом его в бараний рог согнет, и поэтому хранил крошечные кругляшки «кайфа» в специальной коробке. Впрочем, таблетки таблетками, но таких глюков у Саши еще никогда не было. И этот запах…

Он запер ворота, снял цепь с собаки, закрыл за собой дверь и поднялся к себе в комнату.

Весь вечер он хандрил. Повздорил с Игорем, наорал на мачеху, которая достала его своим нытьем по поводу Снежаны, после чего заперся в своей комнате и уселся перед телевизором. Правда, его мало занимало происходящее на экране, на коленях у него лежал альбом с фотографиями, и он вот уже почти час пялился на изображение Тани. Он смотрел до тех пор, пока у него не заслезились глаза.

Настроение становилось все хуже, и Саша полез за своей потайной коробочкой. Он слабо верил, что ему станет лучше, но ему просто было необходимо как-то разрядиться, потому что образ любимой девушки упорно не желал исчезать из его памяти.

Спустя несколько минут наступило привычное состояние легкого пофигизма. Одновременно с этим он снова захотел вдохнуть аромат знакомых духов. Расслабленный наркотиками мозг вяло возразил, мол, сделать это можно, только попав домой к родителям Тани, наверняка они оставили эти духи в память о дочери. И в этот момент его словно ударили плетью: кукла. Она пахла точно так же, как и Таня.