Шестое: лучнику, кроме лука и стрел, нужно еще другое снаряжение: саадак для лука, колчан [2] для стрел, кольцо на палец правой руки, щиток на левую руку. Еще нужна подходящая одежда, которая не будет мешать стрелять. Стрелку ничего этого не нужно. Это преимущество можно назвать простотой.

Простота это вообще главное достоинство самострела. Это только кажется, что лук прост. Хороший лук состоит из многих частей и делается мастером очень долго. Тут и дерево и кость и жилы и железо, и кожа и, бывает, береста. А еще клей, всякие пропитки, лак. Каждая часть очень тщательно подбирается и подгоняется к другим. Поэтому хороший лук дорог. По сравнению со сложным луком, который выходит из рук искусного мастера, самострел прост. Обучиться стрелять из него проще, чем из лука. Пользоваться им могут простые люди, а не только воины, упражняющиеся каждый день. Стрелять можно из любого положения, и все это — тоже простота.

Если перечислить все преимущества самострела, сразу станет ясно, для чего он лучше всего подходит. Слушайте: простота, легкость в обращении, надежность, неожиданность, скрытность, предсказуемость. Если все это сложить вместе, то получается, что самострел — оружие слабого человека против сильного, оружие мирного человека против воина, оружие обороны, а не нападения. Значит, пользоваться им нужно из засады, из-за прикрытия, с подготовленного заранее места, чтобы сразу после выстрела можно было спрятаться или отступить.

Поэтому, взяв в руки самострел, не воображайте себя витязями, которые сейчас прямо пойдут и всех победят. Никуда с ним ходить лучше не надо. Самый хороший результат получится, если вы будете на знакомом привычном месте, а противник о вас и подозревать не будет. Тогда первый выстрел будет за вами, и он должен быть неожиданным и точным, потому, что второго вам, скорее всего, сделать не дадут.

— Кхе! — дед был явно доволен — Поняли? Вижу, что главного, все-таки не поняли.

— Поняли, деда, поняли, чего ж тут не понять? — замолотили языками близнецы. — Минька все хорошо рассказал.

— А если поняли, то скажите: почему учебу мы начнем, не держа самострелов в руках?

Близнецы озадаченно замолкли, обернулись к Мишке. Обернулись, кстати, зря — Мишка и сам не мог уловить направления дедовой мысли. Рассказывая о преимуществах самострела, он специально свел все к тому, что это оружие обороны, оружие мирных людей. Воинский пыл Кузьки и Демки надо было охлаждать с самого начала обучения. Но дед, очевидно, решил в этом вопросе пойти еще дальше. Только вот — куда?

— Что молчите? На Михайлу не оглядывайтесь, своей головой думайте. Ну, не додумались? А Михайла все, что нужно вам сказал. Ну-ка вспоминайте: стрелять надо из укрытия, с подготовленного места, и второго выстрела вам сделать не дадут. Поэтому начнем с того, что будем учиться выбирать подходящее место и правильно определять расстояние до цели. Вон там Михайла с утра воткнул ветки в снег. Видите?

— Видим!

— Сколько шагов до ближней?

— Сто! Нет, меньше! Нет, больше.

— Хорошо, — дед усмехнулся в усы — тогда вопрос полегче: до какой из трех — сто шагов?

— До средней! Нет, до ближней!

— Все неверно. Ни до какой. Теперь посмотрите вон туда. — дед указал рукой близнецам за спину. — Там — четыре ветки, и воткнуты они через каждые двадцать пять шагов. Значит до второй — пятьдесят шагов, до третьей — семьдесят пять, до четвертой — сто. Запоминайте, как это выглядит. Запомнили? А теперь снова смотрите на те три, которые я вам сначала показал. Сколько до ближней?

— Меньше ста!

— Верно, а к чему ближе к сотне или к семидесяти пяти?

Близнецы заоглядывались сравнивая расстояния.

— Вроде бы к семидесяти пяти.

— Тоже — верно. До ближайшей ветки восемьдесят шагов. А сейчас, первый урок вам: во все стороны от тына отмеряйте по сто шагов и через каждые двадцать пять шагов втыкайте вешки. Во все стороны, это не значит, что только в четыре: на север, юг, запад и восток. Между ближними к тыну вешками тоже должно быть по двадцать пять шагов. В общем, работы вам троим на целый день. Когда снег сойдет, вместо вешек принесете камни и намажете их белилами со стороны села. Снаружи посмотреть — камень как камень, а из-за тына — метка для стрелков. Все поняли?

— Да!

— Идите, работайте.

Вроде бы, все было нормально но сомнения по поводу эффективности учебы у Мишки все равно, оставались. Во-первых, дед сам из самострела никогда не стрелял. Был он раньше — до ранения — очень неплохим, как говорили, лучником, поэтому Мишка опасался, что и учить он их будет как лучников. Во-вторых, было совершенно невозможно представить себе, как дед, неспособный из-за ранения вглядываться в отдаленные предметы, собирается оценивать результаты стрельбы, маскировки, правильность оценки пацанами расстояния и так далее.

К вечеру, после того, как все село было окружено четырьмя концентрическими кругами воткнутых в снег вешек, Мишка приплелся домой голодный уставший и мокрый. Дед критически оглядел его, начал было высказываться на тему: "тяжело в учебе — легко в походе", но, поняв, что от внука сегодня уже толку не будет, прервался, не закончив фразы.

— Ладно, Михайла, сейчас тебя хоть на веревку вешай, как белье. Хотел тебя сегодня расспросить, да уж отложим до завтра.

— О чем расспросить-то, деда?