Глаза воспалились разбухли набрякли

Видно гляжу не туда куда следует

Пятки мои разболелись разнылись

Значит опять я шагаю не в ногу

Да и не в ту

Сторону вовсе

И песни мои окаянные

Непотребные

Безоглядные

Просочились меж пальцев печальных рассеянных

Моего героически-безрассудного народа

Пролились на бездонную землю

И канули в ней.

24.09.1994 г.

…и рычит, как птолебей.

(С. Домой)

Может — в цирке, может — в церкви

Целился я в мир

С того конца горизонта

И что же —

Боже

Какой человек нестройный

Ни в чём не союзный

Ни с собой, ни с бабой, ни с могилкою даже

Притом не сказать, что от этого — враже

Но чего-то важнецкого факт не хватает

Ажно дыхание перехватило

От подобной бесчеловечности первомайской

И тут же всё разом накрылось

На том конце горизонта

От внезапности уяснения

Темноты.

1–3.05.1996

Оптимизм

Ты умеешь плакать — ты скоро умрёшь

Кто-то пишет на стенах — он скоро умрёт

У неё есть глаза — она скоро умрёт

Скоро станет легко — мы скоро умрём.

У него есть игрушка — он скоро умрёт

Пахнет летним дождём — кто-то только что умер

У них есть что сказать — они скоро умрут

Кто-то тихо смеётся — я скоро умру.

Я решил сказать слово — я скоро умру

Я решил сделать шаг — кто-то только что умер

Тот, кто смотрит на солнце — почти что уж мёртв

Тот, кто смотрит мне вслед — тоже скоро умрёт.

1986

Как везли бревно на семи лошадях

Сквозь игольное ушко да за тридевять червивых земель

За снотворные туманы, за бродячие сухие леса

За дремучие селения, за кислые слепые дожди

За грибные водопады, за бездонные глухие поля

За рассыпчатые горы, за раззявые вонючие рты

По дощатому настилу, по тревожно суетливой листве

По подземным переходам, по зарёванным прыщавым щекам

В начале было слово.

Все слова — пиздёж.

1992

И был я

Словно покинутый муравейник

Словно рассохшийся подоконник

Словно пятнистая драная скатерть

На кухонном круглом столе

И смутные песни

Туманные басни

Во мне громоздились

Меня примеряли

И я, бездыханный, неведомый,

Заворожённо следил наблюдал

Как что-то такое родное, такое любимое, радужное

Плавно рассасывалось под сердцем

Словно слоёное облако

сладко текло между стылыми пальцами прочь

И руки мои, словно пленные

И ноги мои позабытые

И мысли мои бестолковые

И речи мои, сквозняком унесённые

И яблоки валятся в рыхлую землю

И стрекозиные крылья беззвучно скрипят

На осеннем ленивом ветру…

Однако

В самый последний момент

ЖИВЫЕ —

Безнадёжно, безбожно ЖИВЫЕ —

Они поднялись всем оскаленным миром

Поймали меня за распахнутый ворот

Дыхнули в лицо дождевым перегаром

Поправили богатырские очки на носу

И торжественно наградили

Чудотворной суровой пощёчиной

После чего утёрли сопли

Похлопали по плечу

Подмигнули

И снова пустили по миру

Меня горемычного

И благодарного.

10.08.1993

Посмотрел в дырку

В бесконечной бетонной стене

Я нашёл маленькую дырку

Наружу

Приподнялся на цыпочки и взглянул —

В глазах моих потемнело.

21.07.1984

Слава тебе Господи