Весомый, словно трещина, порядок вещей

Шальные, как гранаты, монолиты плечей

каждому — своё

Завидные задатки, кровавые конфеты

Вселенские загадки, картавые ответы

Ещё одна комета потонула в грязи

Ещё один поэт воняет в яме вблизи нас

каждому — своё

Игривые улыбки впиваются кастетом

Свежерытые могилки расстилаются букетом

Настигнутые дробью догниют фонари

Остатки неземного догорят внутри нас

каждому — своё

1988

1

Как в покинутом городе

Считали мы деньги с тобой

В стране обречённой на самопоедание

Самоупокоение

Самопропивание

Как зарплату с тобой получали мы

Хохоча и рыдая

В городе приговорённом

К высшей мере безнаказанности

Как среди светофоров, дождей, магазинов

С тобою делили мы деньги

Честно заработанные

В переполненной гонорарами пустоте.

8 августа 1994 г.

2

Как в покинутом городе

Долго делили мы деньги с тобой

Среди белизны равнодушно-заснеженных стен

Отчаянно трезвея на вселенских сквозняках

Среди аккуратно побеленных стен

Кем-то когда-то побеленных стен

Толкались локтями, менялись местами и планами

Потными ладонями резали пространство

Вызывали на бой грозные стихии

Ничего не боялись — лишь одно смущало:

Было очень уж, слишком уж тихо

В покинутом городе

Среди кем-то когда-то побеленных стен.

Пятки звонко топали, глотки гневно хлюпали

Глазки нервно бегали в пасмурные дали —

То ли слишком молодо

То ли слишком запросто

То ли слишком здорово

То ли слишком страшно.

И дабы осилить внезапную дрожь

Долго сжигали мы спички с тобой

Дабы рассеять полярные сумерки

Спички сжигали одну за другой

Плохо горели — чадили, ломались

В разгневанных пальцах

В промозглых потёмках

На ветрах студёных, на гибких ветрах.

Как в покинутом городе

В гулких хоромах

Проворно считали мы деньги с тобой

Ёжась и тоскуя от вселенской тишины

И наши шальные скуластые тени

Метались по шторам, текли, замирали

Прятались от голода на пыльных чердаках

Слепо копошились в исторических потёмках

В глинистой пустоте

В переполненной гонорарами пустоте

Не умели понять — кто куда и откуда

Впивались друг в друга, словно зубы в мёрзлый картофель

Цеплялись друг за дружку, словно ноги, словно пальцы,

словно волосы на лысине.

Подобно учебным гранатам

Со стуком валились на прелые доски

С деревянным стуком валились на пол

На прелые доски

На дощатые подобия полов

На гремучие/скрипучие надгробия подвалов

На немытые/трухлявые поверхности затерянных миров

И убийственно проёбанных миров

И бесчисленных проёбанных миров

Проёбанных миров да проигранных сражений,

Подавленных восстаний, обречённых революций

Да порубленных, поваленных вишнёвых садов, лесов.

Как в покинутом городе

Храбро делили мы деньги с тобой

Выкупая себя у злорадно-невидимой публики

Затаившейся где-то поблизости

Притаившейся где-то в досадной близи

Остывали костенели каменели изнывали

Задыхаясь в петле затянувшейся паузы

Погрузившись в молчание

Словно ножики в пышное мясо

Словно пули в любимое тело

Словно искры в запёкшийся снег

Словно клювы в тревожные норы

Глазниц, опустевших досрочно

Беззвучно губами ворочали

Про себя повторяя, подобно молитве:

Веселей, товарищ

Выше голову, приятель, друг, брат

Шире шаг, служивый

Воспалённый, вшивый

Не минует праздник и твои задворки

Куда он денется

Некуда деваться ему

Задымится праздник и в твоих закоулках