— Я и не подозревала, — сокрушалась девушка, рассказывая старушке о своих занятиях с Квентом, — что делаю столько вещей неверно: неправильно говорю, неправильно сажусь, встаю, умываюсь, прохаживаюсь по комнате… Просто жуть какая-то!

— Ну что ты, милочка, — утешала ее миссис Мэлони, — в тебе живет актриса, уж поверь мне. Твои манеры и речь сейчас практически безукоризненны.

— Ах, если бы и Квентин был того же мнения, что и вы, миссис Мэлони!

— Мужчины, дорогая моя, — существа непредсказуемые. Однако знай, если даже я не могу придраться к тебе, то никто другой также не вправе будет сделать это. Я ведь была чертовски талантливой актрисой!

Подобное самохвальство развеселило Даморну. И все же она понимала, что требования Квента слишком завышены по сравнению с теми целями, что он преследует, хотя что это за цели, по-прежнему оставалось неразъясненным.

— Он очень странный человек, вы не находите? — сказала Даморна, разглаживая подол платья.

— Может и странный. Однако женщины сильно клюют на него.

— Но вы говорили, кажется, что он не интересуется слабым полом.

— Если б это было так, он бы не водил сюда их так часто!

Даморна вспомнила, что по собственному признанию Квента, у него не было проблем с девицами, желающими залезть к нему в постель.

— Неужели он водит их к себе? — с наивной озабоченностью осведомилась девушка.

Ответ миссис Мэлони ее не утешил.

— У мужчины всегда есть под боком одна или несколько женщин. Так уж повелось на свете.

Пальцы Даморны немного дрожали.

— Но уж постоянной-то дамы у него наверняка нет!

— Как знать, как знать.

— Вы не слышали, чтобы он что-нибудь говорил на этот счет?

— Знаешь, он вообще говорит редко, если его ни о чем не спрашивают! Но… нет, ничего такого я никогда не слышала от него… Однако у тебя что-то слишком много вопросов сегодня.

— Это помогает скоротать вечер. Кстати, еще вопрос: не знаете, почему Квентин не выходит из дому днем?

— Это не мое дело.

— Неужели вы настолько лишены любопытства, что никогда не спрашивали его об этом?

— Много будешь знать, скоро состаришься! Таков мой девиз.

— Но не кажется ли вам несколько странным подобное его поведение?

— В «Белых Монахах» полно странных людей. Лучше перестань докучать мне своими вопросами, иначе не вытерплю и я и начну выпытывать у тебя самой разные вещи. Например, скажи, дорогая, откуда ты родом и за какой нуждой прикатила в Лондон?

Даморна вздрогнула.

— Вокруг моего прошлого нет никаких тайн. И никогда не было.

— Может, что и так, — проворчала Мэлони, — однако на поставленный вопрос ты все-таки не стала отвечать.

Тем и закончился разговор двух женщин. Даморне не слишком понравился тот оборот, который вдруг он принял. Таким образом беседа ничего не дала ей. Ничего нового о Квентине так и не удалось узнать.

Квентин улыбался. Рубашка его была расстегнута до пояса, рукава закатаны до локтей: он ждал, когда Дженни принесет воды. Но даже в столь диком виде чувствовал себя щеголем. Ему нравилось, что у Даморны все получается как нельзя лучше. Он даже мог назвать ее успехи блестящими, но… не торопился переоценивать ситуации. К тому же, часы занятий были самыми светлыми часами в сутках. В целом, все это обещало удачное завершение его пребывания в «Белых Монахах». Наконец в дверь постучали.

— Войдите.

Удивительно, вместо Дженни на пороге стояла миссис Мэлони с громадным кувшином, из которого валил пар.

— Надеюсь, ты не собираешься облить меня кипятком, — спросил Квент.

— Не болтай чепухи, — усмехнулась миссис Мэлони. — Это мой самый лучший фарфор.

Дама твердым шагом проследовала в комнату и поставила кувшин рядом с умывальником, затем развернулась к Квенту лицом и грозно уперла руки в боки.

Квентин едва сдерживал свое раздражение. Конечно, нет смысла кричать на нее и ругать за вторжение. Миссис Мэлони содержит свой приют в весьма неплохом районе Лондона, однако кроме ее «Белых Монахов» здесь практически не найти комнаты, достаточно спокойной и достаточно дешевой. Не надо обижать порядочную женщину. Однако за чем бы это могла она явиться к нему?

— Садитесь, миссис Мэлони, — проговорил Квент с непроницаемым лицом.

Дама чопорно уселась в предложенное ей кресло.

— Не в моих правилах вторгаться в комнату к мужчинам, но я должна предупредить вас об одной вещи, пока не поздно…

— Что же это за вещь?

Миссис Мэлони пристально посмотрела в глаза Квента и покачала головой, как бы удивляясь его недогадливости.

— Квентин, дорогой, неужели ты не видишь, что эта Даморна просто сохнет по тебе!

Квент мог ожидать чего угодно: просьбы увеличить плату за снимаемое помещение, жалоб на большой расход угля, повелений не оставлять на ночь окон открытыми, — но этого!..