Глэдис переоделась и начала убираться, сделав только один короткий перерыв, чтобы перекусить на ходу, даже не присев к столу.

Постепенно горечь улетучилась, и она уже думала только о том, как навести порядок в доме и что еще предстоит сделать в галерее. Работала не замечая, как быстро бежит время.

Когда Глэдис наконец села в машину, чтобы поехать в Пейтон, было уже очень поздно. Начал моросить дождь. Если бы не тревога за отца, она, конечно, осталась бы ночевать в Бостоне. Но больница всего в трех милях от Пейтона, и, пока отец там, хотелось быть поблизости.

Скоро дождь превратился в ливень. По мокрой скользкой дороге в кромешной тьме пришлось ехать совсем медленно. Фары встречных машин ослепляли, дворники еле успевали разгонять воду на лобовом стекле. В довершение всего, как только она свернула с магистрали, мотор стал издавать подозрительные звуки, а фары несколько раз гасли. Ее маленькая машина никогда раньше не подводила, и Глэдис забеспокоилась. А взглянув на часы, просто испугалась. Дело шло к полуночи, кругом ни души, даже встречных машин нет. Что делать, если машина сломается? Да и обращаться за помощью в такое время опасно… Остается надеяться, что удастся дотянуть до дома.

Вдоль дороги — ни дома, ни огонька, никакого движения. Когда же в тусклом свете фар начали угадываться знакомые места, автомобиль был на последнем издыхании, двигаясь каким-то чудом. Но вот показались ворота Пейтона, и Глэдис вздохнула с облегчением. Добралась все-таки!

Однако радость была преждевременной. В тот самый момент, когда она въехала в ворота, машина как-то странно заскрежетала и встала. Все огоньки на приборной доске погасли. Попытки вернуть ее к жизни не увенчались успехом. Далее не разбираясь в технике, можно было предположить, что забарахлило зажигание.

Некоторое время Глэдис продолжала сидеть в машине, раздумывая, что же делать. Вылезать под такой дождь вовсе не хотелось. Одна минута без укрытия — и промокнешь до нитки. Крупные капли барабанили по крыше, отскакивая маленькими фонтанчиками. Собственно, за окном бушевала настоящая гроза. Может быть, переждать ее в машине? В конце концов, сколько сможет продолжаться такой ливень?

Но тут она вспомнила, где застряла. Автомобиль стоял прямо в воротах. Если кто-то поедет к дому, в такой кромешной тьме столкновение неизбежно. Иногда еще до рассвета привозили молоко. В запасе было еще несколько часов, но они вряд ли помогут делу. Придется вылезать.

Выход был только один. Она находилась рядом со сторожкой, и оставалось надеяться, что Элмер там, а не ночует в городе. Это, кстати, вполне вероятно — сейчас ему нечего делать в Пейтоне, когда Фрэнк в больнице. О ней после последней ссоры он вряд ли беспокоится. Но попробовать все равно придется — кто еще мог сейчас помочь?

Глэдис промокла мгновенно, как только вылезла из машины. В полной темноте сторожку удалось разглядеть не сразу. Почему в машине нет ни фонаря, ни зонтика? Элмер прав — не очень-то она подготовлена к жизни. Не раз споткнувшись, Глэдис в конце концов добралась до входной двери, которую удалось увидеть только потому, что сквозь занавески пробивался слабый свет. Слава Богу, Элмер здесь! Она вздохнула с облегчением и, забыв о своем нежелании просить помощи, постучала.

Дождевая вода стекала за воротник, мокрые волосы облепили лицо. Все это было так ужасно, что Глэдис уже просто молила о помощи. Он ей нужен! Так почему же он не открывает?!

Дверь распахнулась, и она чуть не упала прямо в объятия хозяина. Элмер с изумлением смотрел на появившуюся невесть откуда фигуру.

— О Господи! Что с тобой?

Схватив ее за руку, он втащил девушку в теплую комнату и внимательно оглядел, стараясь определить, не ранена ли она. Глэдис начала сердиться, почему он ничего не предпринимает?

— У меня сломалась машина, — возбужденно проговорила она. — Еле доехала сюда, а до дома мне уже не добраться. И вся промокла, — добавила она, глядя на темное пятно, которое образовалось на ковре у ее ног, хотя это и так было очевидно.

— Понятно, сначала тебе нужно поскорее переодеться, а потом, если хочешь, я отвезу тебя домой.

— Не так все просто, — с досадой объяснила Глэдис. — Машина остановилась прямо в воротах посреди столбов. Это опасно — кто-нибудь может в нее врезаться. Надо что-то сделать.

Секунду Элмер смотрел на дрожащую девушку с глубоким изумлением, потом вздохнул и покачал головой.

— Ты кого угодно сведешь с ума, — ядовито проговорил он. — Почему все твои проблемы становятся моими? Как это твоему Марку удается выйти сухим из воды? Ведь небось весь вечер была с ним! Уж провела бы вместе и ночь!

— И вовсе не проводила я с ним вечер! — с яростью возразила Глэдис. Что же они вот так просто стоят посреди комнаты, ведь она замерзла и промокла? — Если хочешь знать, весь вечер я была в своей квартире, и притом одна! Делала генеральную уборку, но это совершенно тебя не касается! Если не хочешь помочь, я пешком дойду до дома и позвоню в аварийную службу.