– Кто – Эрин? Да с полчаса, не больше. – Мистер Орли изучающе вгляделся в лицо Шэда. – Ты за нее не беспокойся. Твоя задача – сделать что надо и вернуться сюда, понятно?

Шэд крутился вокруг «Клубничной поляны» до тех пор, пока не заметил машину инспектора службы здравоохранения – серый «додж-ариес» с желтой официальной табличкой. Позвонить инспектору было поручено Монике-младшей, поскольку никто не мог остаться спокойным, услышав ее отчаянный, детски-беспомощный голосок:

– Крысы! Они тут везде! Они кусают меня, кусают!

Департамент здравоохранения сдержал свое обещание прислать кого-нибудь немедленно. Шэд знал, что инспектора дерутся за подобные поручения.

Шэд припарковал машину, приставил к стене здания складную лестницу и забрался со своими ведрами на крышу. Кожухи вентиляторов системы кондиционирования возвышались над ней по обоим концам здания, похожие на широкие приземистые трубы. Шэд откинул заржавленные решетки и высыпал крыс внутрь – по ведру в каждую трубу. Похоже, зверьки были рады оказаться на свободе.

Братья Линг отсиживались в своем кабинете, скрываясь от инспектора. Они велели одной из девушек, танцевавших на столах, подпоить и разнежить его и только после этого собирались встретиться с ним.

Вторжение Шэда застало их врасплох.

– Что у вас в мешке? – спросил тот, который обычно ходил в вечернем фраке и кепочке с надписью «Янкиз» (Шэд знал, что он занимает пост управляющего «Клубничной поляны»). Он сидел на потрепанной софе цвета бычьей крови. За письменным столом помещался другой Линг, облаченный в серый пуловер; на шее у него красовались две толстые золотые цепочки. Он тоже задал вопрос относительно содержимого мешка.

– А ну-ка, встаньте, – распорядился Шэд, не удостаивая их ответом.

Братья засмеялись – оба совершенно одинаково, со свистом втягивая воздух сквозь зубы. Шэд достал свой «кольт» тридцать восьмого калибра, особая модификация, и проделал три рваных отверстия в семейном портрете, висевшем на стене. Одна из пуль до неузнаваемости попортила лицо бабушки Лингов по отцу. Братья оцепенели от ужаса.

– Так, – удовлетворенно резюмировал Шэд. – Кто следующий?

Братья поспешили встать. Шэд велел им выйти на середину кабинета и стать спиной к спине.

– Вы собираетесь застрелить нас? – спросил один из них.

– Нет, только посмотреть, кто выше, – невозмутимо ответил Шэд. – Эй, ты, сними-ка свою чертову кепку.

Он с первого взгляда определил, что Линг во фраке по меньшей мере на пару дюймов выше, чем Линг с золотыми цепочками.

– Так значит, это ты, – сказал он, обращаясь к этому последнему, – распустил руки с моей приятельницей.

Маленький Линг обиженно насупился. На его щеке отчетливо виднелись следы, оставленные ногтями Урбаны. Кто-то постучал в дверь, и Шэд засунул свой револьвер за пояс.

– Идите скорее, мистер Линг! – прокричал из-за двери обезумевший голос – не понять, мужской ли, женский ли. – Скорее!

Шум и музыку, доносившиеся из зала, прорезал женский вопль. Братья в тревоге переглянулись. Шэд велел Лингу, одетому во фрак, идти и разобраться, в чем там дело.

– Наверное, нужно вызвать полицию, – сказал тот.

– Лучше крысолова, – посоветовал Шэд.

Высокий Линг обеими руками натянул на голову свою кепку до упора так, что козырек едва не упирался в переносицу, и безмолвно выскользнул из кабинета. Шэд запер за ним дверь и швырнул второго Линга на стул-вертушку.

– Вас это не касается, – запротестовал Линг. – Это дело вашего босса. Вашего вонючего Великого Мафиозо.

Шэд взял его за запястье и взглянул на его «ролекс». «Поздновато, – сказал он себе, – надо поторопиться».

Линг вырвал у него руку.

– Толстяк Тони, как же! – Он сплюнул. – Орли держит нас за дураков, да? В Японии тоже есть мафия. Сколько угодно мафии!

Шэд развязал узел своего мешка. Он испытывал чувство спокойного удовлетворения.

– Я ни с кем не распускал руки, – сказал Линг.

Шэд раскрыл края наволочки, подставил ее под свет потолочной лампы и заглянул внутрь.

– Отлично, – проговорил он, ни к кому не обращаясь.

Линг заметил, что на дне мешка что-то волнообразно задвигалось. Какие-то тяжелые, плотные кольца шевелились под тонкой тканью.

– Не надо! – закричал Линг.

Шэд приказал ему встать и снять джинсы. Линг замотал головой. Шэд достал револьвер и направил дуло ему в живот. У Линга отвисла челюсть. Кое-как подобрав ее, он пробормотал: