Найл вошел в зал для приемов, коротко кивнул Дравигу, увидел в ответ ритуальное приседание и окончательно расслабился: первое, что делали пауки, когда желали проявить недовольство — так это переставали проявлять вежливость.

— Рад видеть тебя, Дравиг, — поприветствовал гостя Найл.

— Рад видеть тебя, Посланник Богини, — прислал ответный импульс седой паук. — Смертоносец-Повелитель просил передать свое сожаление по поводу болезни твоего брата. До него дошло известие, что ты собираешься отправиться в Серые горы, чтобы найти причину болезни. В знак своего дружелюбия он предлагает тебе в помощь четверых сильных и молодых смертоносцев, которые готовы участвовать в этом походе. Кроме того, Смертоносец-Повелитель предлагает выделить два корабля из своего флота, которые перевезут тебя в Провинцию.

— Я искренне благодарен Смертоносцу-Повелителю за его дружелюбие и помощь…

Прозвучавшую фразу Найл обязан был сказать в любом случае. Ему предлагали поддержку — и, хотя в расположение восьмилапых он не верил ни на йоту, за нее следовало поблагодарить. Но вот что дальше? Поблагодарить и отказаться? Глупо. Найл только сейчас понял, что для перехода в Серые горы вовсе не обязательно пересекать пустыню. Достаточно просто сесть на корабли и высадиться в Провинции — так он сэкономит не только силы, но и три дня пути.

Три дня жизни, отведенные Вайгу! Но вот только с какой стати пауки стали такими настолько добрыми, что готовы рисковать жизнями ради излечения вчерашнего раба?

… но я не совсем понял: пауки-добровольцы поплывут вместе со мной до Провинции, или пойдут вместе со мной в Серые горы?

— Они пойдут с тобой до конца, Посланник Богини! — заверил Дравиг.

— Они будут выполнять мои приказы, и умрут вместе со мной, если возникнет такая необходимость?

— Если они станут умирать, — замялся не умеющий врать смертоносец, — то хоть один должен вернуться, чтобы сообщить о судьбе всех остальных.

Правитель мгновенно понял все. Начиная с печально закончившегося похода Квизиба, и по сей день смертоносцы не знали о таинственном Маге ровным счетом ничего. Ничего, кроме того, что он существует и настроен весьма враждебно.

Услышав про желание Найла отправиться в логово давнего врага, пауки захотели отправить вместе с ним несколько разведчиков. «Должен вернуться хоть один», — признался Дравиг. Вернуться, и сообщить все то, что сможет обнаружить Посланник Богини. Что ж, восьмилапые преследовали свои интересы, и их можно понять… Но взамен Найл получал четверых крепких бойцов, которые способны очень и очень помочь в трудном пути. Так какой смысл от них отказываться?

— Я благодарен Смертоносцу-Повелителю за сочувствие и принимаю его помощь, — кивнул Найл.

Дравиг ощутил его мысленный импульс об окончании аудиенции, присел в ритуальном приветствии и вышел из зала.

Посланник Богини повернул голову в сторону Нефтис. Внешне начальница стражи выглядела почти так же, как и Джарита, но характером отличалась от нее в корне. Воспитывая служанок, пауки делали упор на их преданность и исполнительность, воспитывая охранниц — на самоотверженность и храбрость. Найл своими глазами видел, как одна из защитниц дворца Смертоносца-Повелителя, Сидония, пожертвовала собой, защищая Дравига, вступившего в неравную схватку с пауком-быком. Правда, Сидония выжила — но когда она с ножом в руке кинулась на огромного даже по паучьим меркам монстра, то шансов уцелеть у нее не было никаких. Нефтис, воспитанная точно так же, могла бы стать верным и надежным спутников в задуманном предприятии.

— Сколько человек ты готовишь?

— Восемь, мой господин, — отчеканила стражница.

— Выступаем завтра утром, — распорядился Найл и кивком головы отпустил женщину.

Корабли, ждавшие Посланника Богини у причала, ничуть не напоминали те утлые лодочки, на которых Найла и его семью везли в рабство. На этот раз Смертоносец-Повелитель выделил для него два огромных судна, каждое почти два десятка метров в длину и не меньше пяти в ширину. Борта их оказались столь высоки, что для весел пришлось выдолбить отверстия примерно на половине высоты, а вместо легкого навеса на корме стоял настоящий дом, пусть и не очень большой. Нос увенчивал небольшой настил, на котором уже занял свое место смертоносец-капитан, а мачта толщиной в пол-обхвата уходила ввысь метров на шесть.

Для встречи Посланника Богини корабельные надсмотрщицы выстроили матросов возле трапов. Полуобнаженные, загорелые, с загрубевшими от весел ладонями и жесткими, пропитанными солеными ветрами волосами, мужчины казались почти столь же сильными, как и женщины. Они изо всех сил старались следовать принятым среди слуг пауков правилам приветствия — замереть без малейших признаков движения, не дышать, не моргать, не шевелить зрачками. Однако практики в построениях морякам явно не хватало, и строй ощутимо колыхался, словно стена тростника от прикосновения легкого полуденного ветерка.

Впрочем, мужчинам повезло: четверо смертоносцев, выделенных Найлу в помощь, на двуногих внимания не обратили, и сами присели в ритуальном приветствии при появлении Посланника. Ну, а правитель города к подобным нарушениям дисциплины был отнюдь не так строг, как восьмилапые повелители города.

— Я рад вас видеть, — кивнул Найл паукам.

— Мы рады видеть тебя, Посланник Богини, — откликнулись смертоносцы.

Впрочем, как это обычно бывает при мысленных контактах, обмен информацией нес значительно больший смысл, нежели обычное приветствие. Здороваясь с восьмилапыми, правитель вложил в свою мысль эмоцию узнавания, понимания того, что все те, кого он видит, отправятся в дальний поход вместе с ним. Ответ смертоносцев пришел с эмоцией радости — радости оттого, что свой первый поход, свой первый жизненный опыт они обретут под руководством того, на кого излила милость Великая Богиня Дельты.