– Спасибо. А теперь, пожалуйста, поторопись! Молодой ковбой в два прыжка миновал лестницу и, выскочив во двор, помчался в кораль к своей лошади. Брайони наблюдала за ним в окно. Затем, ощущая бешеные удары сердца, она побежала наверх, в спальню. Собственное отражение в зеркале на туалетном столике испугало девушку. На щеках пылал лихорадочный румянец, зеленые глаза горели безумным блеском, спутанные волосы беспорядочно спадали на плечи. Пораженная, Брайони подошла ближе к зеркалу, прижимая дрожащие пальцы к горячим щекам.

«Нужно взять себя в руки, – отчаянно подумала она. – Нужно унять колотящееся сердце, превозмочь страх и слабость».

Это казалось почти невозможной задачей. При одной только мысли о том, что она встретится с Мэттом Ричардсом у себя в гостиной, у Брайони подгибались колени. Но она знала, что, если хочет жить, если хочет своими глазами прочесть признание отца и увидеть Мэтта на виселице за все его гнусные преступления, она должна справиться с собой сейчас. Сегодня вечером она должна вести себя как ни в чем не бывало. Мэтт ничего не должен заподозрить. Нужно выдержать. Нужно взять себя в руки.

Когда спустя некоторое время Бак толкнул плечом вращающиеся двери «Серебряной шпоры» и вошел внутрь, салун оказался необыкновенно пустым. Большинство ковбоев готовились к фиесте на ранчо Хилла, только лишь маленькая кучка заядлых картежников по-прежнему оставалась за своим столом.

Мэг Донахью пила пиво вместе с одним из игроков, высоким худым мужчиной, одетым во все черное. Войдя в салун и оглядевшись по сторонам в поисках Джима Логана, Бак направился прямиком к рыжеволосой хозяйке салуна.

– Мэг, я должен поговорить с тобой.

Она удивленно взглянула на высокого растрепанного Бака.

– Что ж, говори, ковбой, – ответила она добродушно, поправляя прическу унизанной кольцами рукой и подмигивая своему собеседнику, чьи мягкие белые руки неподвижно лежали на столе.

– Наедине, Мэг, – твердо сказал Бак и, кивнув человеку в черном, слегка притронулся к своему стетсону. – Извини, приятель, но, если ты уступишь мне леди на пару минут, я буду тебе крайне признателен.

Не дожидаясь ответа, Бак насильно поднял Мэг со стула и потащил к пустующей стойке бара. Мэг ничуть не возмутило подобное бесцеремонное обращение. Она расхохоталась, запрокидывая голову.

– Хорошо, Бак, дорогуша, хорошо, давай выкладывай, что за важное дело заставило тебя разлучить меня с моим другом! Я слушаю.

Повернувшись спиной к посетителям салуна, чтобы никто не мог подсмотреть, Бак вручил ей письмо Брайони.

– Вот это для Техасца Джима Логана, – тихо сообщил он. – От моей хозяйки, мисс Брайони Хилл.

Мэг округлила глаза, и на ее напомаженных губах появилась злая усмешка.

– Быть может, это любовная записка от твоей леди-босса тому самому парню, который застрелил ее отца, а? А я-то думала, что она видеть его не может! Джинджер взбесится, как скунс, если узнает, готова поспорить.

– Слушай, Мэг, – Бак схватил ее за руку. – Я не знаю, что в этом письме, но, что бы там ни было, это секрет, и причем важный, так что не болтай о нем никому. Просто отдай письмо Логану, когда он объявится. Ты ждешь его здесь сегодня вечером?

– Да. Он обычно приходит по вечерам выпить немного, но теперь стал бывать у меня реже, чем прежде. Думаю, Джинджер достала его, – Мэг снова засмеялась и, свернув письмо в маленький квадратик, спрятала за корсаж, лукаво подмигнув Баку. – Не волнуйся, ковбой, здесь твое послание дождется Техасца в целости и сохранности. Как только он появится, я вручу ему письмо немедленно.

– Спасибо, Мэг… и помни, никому ни слова.

– Как скажешь, милый.

Когда Бак направился к двери, Мэг окликнула его:

– Эй, разве ты не собираешься на знаменитую шикарную фиесту сегодня вечером? Ты бы лучше поторопился домой, милый, и не забудь принять ванну!

Бак усмехнулся. Теперь, когда поручение было выполнено, на сердце у него полегчало, и молодой человек с нетерпением принялся думать о предстоящем вечере, когда будет танцевать с Брайони, сжимать ее в своих объятиях.

– Непременно, мэм, – задорно ответил он. – Я собираюсь повыкидывать всех остальных койотов из нашей старой лохани, но, похоже, большая свалка будет, когда все приглашенные леди начнут наперебой добиваться танца со мной!

С этими словами Бак вышел. Мэг распорядилась отнести еще одну выпивку человеку в черном и дружески помахала ему рукой, широко улыбаясь.

– Эй, мистер, не уходите! Я вернусь быстрее, чем вы сможете вытащить пару тузов из колоды! – крикнула она.

Картежник лениво откинулся на спинку стула. Мэг легко взбежала по лестнице и скрылась во внутренних комнатах второго этажа. Пока ее не было, пианист заиграл громче, словно стараясь заполнить образовавшуюся пустоту мажорными звуками. Очевидно, заскучав, картежник присоединился к партии в покер с остальными посетителями. Несколько девушек спустились вниз и от нечего делать бесцельно слонялись из угла в угол. Вернувшись в зал, Мэг тут же заметила Техасца Джима Логана, неторопливо беседовавшего с Лайлой. Недопитый стакан виски стоял перед ним на столе. Улыбаясь, Мэг Донахью направилась к стрелку. Завидев хозяйку, Лайла неохотно уступила ей место и отошла в сторону.