Согнувшись почти вдвое, Брайони заковыляла против ветра. Каждый шаг давался ей с трудом из-за страшной боли в лодыжке. Она медленно продвигалась вперед по едва различимой дороге. Добравшись до узкого крутого поворота, Брайони принялась ощупывать руками горный склон, отчаянно надеясь отыскать хоть какую-нибудь щель, но перед ней, к несчастью, высилась цельная гигантская глыба без единой трещинки. Спасения ждать было неоткуда. Глотая слезы, Брайони почти бессознательно побрела дальше.

Девушка потеряла счет времени, превозмогая боль в ноге и сопротивляясь сбивающему с ног и доводящему ее до исступления ветру. Брайони чувствовала, что силы ее на исходе, а поиски убежища не давали никаких результатов. Оглянувшись назад, она поняла, что недалеко ушла от поворота. Отчаяние охватило ее, а новый порыв ветра повалил на колени. В этот момент он не могла думать ни о чем. Она только плакала и мечтала, чтобы ужасная боль в лодыжке прошла, в ушах прекратился кошмарный вой ветра, а острые песчинки перестали колоть и царапать ее лицо. Брайони попыталась подняться еще раз, но не смогла. Ветер все усиливался, и девушка ощутила, как проваливается в бездонную, тошнотворную черноту. Потеряв сознание, она распласталась на горной дороге.

С тихим стоном Брайони пришла в себя, с трудом осознавая, что чьи-то руки прикасаются к ней. Открыв глаза, она различила сквозь мутную пелену силуэт мужчины, склонившегося над ней и закрывавшего ее от порывов ветра. Лицо его закрывал синий платок, а на лоб было надвинуто широкополое сомбреро, но тем не менее Брайони вмиг узнала широкие плечи и спокойные голубые глаза, и возглас облегчения сорвался с ее губ.

– Пожалуйста, помогите мне, – прошептала она, комкая слова из-за платка, все еще закрывавшего ее рот.

Джим Логан кивнул, и его сильные руки обхватили дрожащее тело девушки. Он поднял ее и понес сквозь разбушевавшуюся бурю. Осторожно усадив Брайони в седло своего каурого жеребца, он сам занял место впереди нее, и Пекос тяжело поскакал вперед по горной дороге. Измученная Брайони прижалась к широкой спине Логана, благодарная ему за тепло и защиту.

Она не могла бы с точностью сказать, сколько минут или часов прошло, прежде чем Пекос, выбравшись на северный склон горы, остановился у зияющей щели в каменной толще под нависающей скалой. В этот момент Брайони ощутила на своем лице первые тяжелые капли дождя, и следом за ними прогрохотал оглушительный удар грома. Логан снял девушку с седла и на руках отнес в пещеру. Затем он вернулся за Пекосом, который свободно прошел внутрь. Вскоре Брайони уже отдыхала, довольно удобно устроившись на толстом одеяле около небольшого костерка, положив голову на седельную сумку. Логан сидел рядом, поджав под себя ноги, а позади них стоял Пекос, привязанный к каменной глыбе недалеко от входа в пещеру. Они уютно расположились вне досягаемости дикого дождевого потока, хлеставшего по горной поверхности. Время от времени его голубоватую пелену прорезали вспышки молний и страшные удары грома сотрясали воздух. Взгляд блестящих зеленых глаз Брайони остановился на лице своего спасителя.

– Спасибо, – прошептала она, обнаружив, что в горле у нее пересохло и слова получались неестественно сиплыми.

– Не пытайтесь говорить, – сказал он резким тоном. – Выпейте это.

Он поднес к ее губам флягу, но Брайони отвернулась, вспомнив, как в прошлый раз он подсунул ей виски вместо воды. Не обращая внимания на ее сопротивление, он сунул горлышко фляги девушке в рот, и виски обожгло ей горло.

– Вы будете делать то, что я вам говорю! – распорядился он раздраженно. – Пора уже кому-то научить вас уму-разуму. – Неожиданно его холодные голубые глаза насмешливо блеснули. – Что-то подсказывает мне, что сегодня вы не в состоянии со мной спорить. Теперь, если вы будете умницей, я раздобуду мокрую ткань, чтобы вы могли обтереть лицо, и, возможно, я дам вам кое-что поесть. А затем мы поговорим. И на этот раз вы меня выслушаете, хорошенько и внимательно.

– Меня не интересует то, что вы собираетесь мне сказать! – выпалила Брайони, взбешенная его обхождением.

Виски смягчило ее горло и вернуло часть утраченных сил. Брайони с усилием села на одеяле и в упор посмотрела на Логана. Почему, ну почему она так обрадовалась ему совсем недавно? Конечно, она испытала великое чувство облегчения. Естественно, она обрадовалась, что кто-то пришел ей на помощь. Но он лично не имел никакого отношения к ее радости. На самом деле она скорее предпочла бы застрять в этой пещере с горным львом, чем с таким высокомерным, невоспитанным человеком, который к тому же собирается диктовать ей, что делать. Тяжело дыша от возмущения, Брайони следила взглядом за тем, как Логан подошел к выходу пещеры и намочил дождевой водой свой белоснежный носовой платок. Вернувшись, он протянул платок девушке и, сложив руки на груди, прислонился спиной к стене пещеры.

– Вот, оботрите лицо, красавица. Интересно, что бы подумали ваши друзья из Сент-Луиса, если бы могли видеть вас с таким макияжем, да к тому же в грязном, драном платье? Полагаю, они пришли бы в ужас.

– Да будет вам известно, что мне на это ровным счетом наплевать! – отрезала Брайони, сверкнув глазами.

Тем не менее она принялась усердно тереть лицо мокрым платком, испытывая жгучее желание скинуть с себя грязную одежду и залезть в горячую ванну. Не обращая внимания на присутствие Логана, Брайони распустила волосы, точнее, ту их незначительную часть, которую еще не успела разметать буря. Каскад черных волнистых кудрей рассыпался по ее плечам. Она подозревала, что выглядит сейчас не лучшим образом, но что из того? Не имеет значения, как она выглядит перед этим ужасным, невыносимым человеком, всю ненависть к которому Брайони даже не могла высказать словами. Пусть он считает, что она неопрятная замарашка, тем лучше. Может быть, это удержит его от традиционных приставаний. Да, мрачно заключила она, встретившись с Логаном взглядом, будет лучше всего, если он сочтет ее отталкивающей. А при сложившихся обстоятельствах это более чем вероятно.

Джим Логан раздраженно смотрел на Брайони из-под нахмуренных бровей. Мягкие отблески костра играли на ее патрицианских скулах, на нежном изгибе губ, приглушенно отражались в больших зеленых глазах. Вся поза девушки была проникнута чувственностью и грацией. Угольно-черные волосы струились по плечам, груди четко вырисовывались под плотно облегающей рубашкой сливового цвета, которую Брайони носила с джинсами и сапогами. Это была настоящая мука! Как же он хотел ее! Логана наполняло дикое дурманящее желание, которое тем сильнее терзало его, чем яснее была его неосуществимость.

– Мне показалось, что вы говорили что-то о еде, – прервал его лихорадочные мысли ледяной голос Брайони.

Сделав над собой усилие, он придал своему лицу как можно более спокойное и безразличное выражение.

– Да, вы правы, однако я передумал. Сперва мы с вами поговорим, а потом посмотрим насчет еды. – В его повелительных голубых глазах мелькнул огонек. – У меня есть солонина и немного сухарей, как в прошлый раз… в пустыне. Вы помните ту ночь в пустыне… Брайони?

Девушка вспыхнула и отвернулась. Странное тепло разлилось по ее телу при этом напоминании. Тем не менее она ответила слегка дрогнувшим голосом: