– Ранчо ограбили? Какой ужас! Не пропало ли еще чего-нибудь ценного? – Тут она сама себя оборвала: – Нет, конечно же, нет. Серебряный сервиз там, на столе в столовой, и все эти красивые вещи остались на своих прежних местах, правда?

– Да, это-то и странно, – ответил судья. – Все здесь вокруг было перевернуто вверх дном, однако пропало только содержимое сейфа.

– Но как же такое могло случиться, судья? Неужели никто не услышал шума? Ведь тут совсем рядом спит не менее дюжины рабочих, верно? Так почему же они не сделали что-нибудь, чтобы задержать воров?

– Это случилось в ту ночь, когда у ковбоев был выходной. Все мужчины были в городе, гуляли в «Серебряной шпоре». Росита спала, она осталась одна в доме. Когда раздался взрыв, она, конечно, проснулась и пошла посмотреть, что происходит, но была оглушена ударом сзади и потеряла сознание прежде, чем успела что-либо разглядеть. – Он пожал плечами. – Прошу прощения, мисс Хилл, но я понятия не имею, кто были эти отчаянные парни. Росите потребовалось около недели, чтобы привести здесь все в порядок.

– Si, это правда. Целая неделя это занял! – послышался из дверей тихий голос с сильным мексиканским акцентом. Брайони с любопытством обернулась, догадавшись, что слова принадлежат Росите, экономке отца. Мексиканка оказалась приземистой, полной женщиной с темной кожей, пухлым лицом и заметным темным пушком над верхней губой. Ее черные волосы были туго стянуты на макушке. Белая блуза свободно свисала с ее пышных грудей. Яркая, цветная юбка почти касалась пола. Она стояла на пороге кабинета, скрестив на груди свои толстые руки, и этот недружелюбный жест придавал ей сердитое выражение.

– Здравствуйте, Росита. Это мисс Брайони Хилл, ваша новая хозяйка. – Судья Гамильтон улыбнулся Брайони. – Росита Лопес, мисс Хилл, лучшая экономка штата. Миссис Бэнкс, владелица меблированных комнат, в которых я живу, долго пыталась переманить ее к себе, и Эдна Биллингс тоже хотела заполучить ее в свой отель, но никто из них не смог предложить ей оклад, превосходящий тот, что платил ваш папа. И Росита его стоит, каждого цента, правда, Мэтт?

Ричардс утвердительно кивнул, а Брайони вежливо улыбнулась, гадая про себя, так ли уж велики достоинства Роситы, чтобы платить деньги за сомнительное удовольствие ежедневно видеть перед собой ее кислую физиономию.

«Поживем – увидим!» – решила она, надеясь со временем растопить хотя бы отчасти отчужденность экономки.

– Рада с вами познакомиться, Росита, – сказала она самым дружелюбным тоном. – Я уже сама успела заметить, что судья ничего не преувеличивает – дом в превосходном порядке, все так и сияет! Смею надеяться, что вы останетесь со мной.

Женщина пожала плечами.

– Buenos dias, se~norita. Si, я буду оставаться, – сказала она угрюмо и замолчала, словно в ожидании дальнейших распоряжений.

– Замечательно, Росита, замечательно, – заполнил судья неприятную паузу. – А теперь почему бы вам не накрыть ужин для мисс Хилл? Воздух пустыни здорово поднимает аппетит, и я сомневаюсь, чтобы она ела что-нибудь с самого завтрака.

Не говоря ни слова, экономка удалилась с необыкновенной для ее сложения проворностью.

Брайони в замешательстве посмотрела на судью Гамильтона.

– Не думаю, что я ей очень понравилась, – решилась она заметить.

– О, Росита вообще неразговорчива. И кроме того, вы понравитесь ей гораздо больше после того, как заплатите. Думаю, вид песо вернет любезную улыбку на ее лицо.

– Я вас не совсем понимаю. Судья вздохнул:

– Ну, видите ли, мэм, этой женщине платили последний раз за неделю до смерти вашего батюшки. И остальным рабочим на ранчо также. По правде говоря, они все уже подумывают об увольнении. Некому здесь было взять на себя роль плательщика – видите ли, деньги для них были заперты в сейфе.

Он кивнул на дырку в стене.

– Вы хотите сказать, что деньги, которыми следовало расплатиться с работниками, украдены? – вскрикнула Брайони, испуганно расширив глаза. – Но это же ужасно! Как же мне теперь заплатить Росите и остальным?

Эта новая проблема была хуже всех остальных. Конечно, очень плохо, что ранчо пострадало, но потеря денег, предназначенных для зарплаты, была гораздо неприятнее и серьезнее. Что же теперь делать?

– Прошу прощения, мисс Хилл, но похоже, что у вас новые неприятности, – сказал Мэтт Ричардс, выглядывая в окно. – Сюда идут ковбои во главе с Расти Джессапом, он был старшим при вашем отце. Ребята выглядят свирепее апачей на тропе войны. – Он обернулся, нахмурившись. – Боюсь, они собираются требовать немедленной выплаты денег.