–  Пошла вон. И смотри, ни гугу.

–  Да, да, - прошептала она и ужом скользнула прочь. Мужчины умные и сильные, пусть сами решают свои проблемы.

–  Как ты вошел?
– в ужасе спросил Итиро.
– Где охрана?

Оуэма молча отодвинул ширму. За ней вповалку лежали на полу четверо охранников без оружия и шлемов.

–  Ты не мог выжить, - тихо сказал Итиро.

–  Да, - спокойно подтвердил Оуэма.
– Два маленьких мальчика, выкраденные ниндзя.

–  Тебе не удастся ничего доказать. Подумай, сколько прошло лет. Я здесь, во дворце, прожил бок о бок со старым князем всю жизнь, а ты? Кому из нас поверят?

Оуэма Тэдзива улыбнулся:

–  Наверное, тому, кто внедрил своего шпиона к предводителям заговора, с тем чтобы использовать «Белый Лотос» как оружие против светлейшего князя, законного правителя Окинавы.

«Это сон, - молил Итиро Иэхиса.
– Это дурной, дурной сон, и я сейчас проснусь, и все это наваждение растает как дым. Он не мог так легко раскрыть мои самые сокровенные планы, мои мечты, в которых я боялся признаться самому себе». О них не знал никто - ни преданный Осима Кэсои, ни тот шпион, в которого вложено столько труда. Шутка ли - пять лет среди заговорщиков! И ни у кого не возник вопрос: зачем нужен шпион, внедренный в тайное общество, если само тайное общество уже разгромлено! Итиро предвидел все - и то, что свободолюбивый народ Окинавы не удержать надолго в стальной узде (хотя, какая она стальная? Проржавела насквозь. Старый князь уже не в состоянии влиять на ход событий), и то, что будущий заговор обязательно обопрется не просто на идею восстановления самостоятельного королевства, но на реального человека, наследника трона, прошедшего гонения и нападки, которого посчитали мертвым, а он, как божество Мондзю, возродился из небытия. Одного он не учел. Того, что его оружие повернут против него же.

–  Ни мне, ни тебе в одиночку не выдержать.

–  Ты прав, - отозвался Оуэма.
– Мне необходим надежный щит. Будешь хорошо себя вести - все обойдется. Нет - погубишь и меня, и себя.

В бессильной злобе Итиро Иэхиса думал, что его верный слуга Осима Кэсои никогда не бывает там, где он нужен. Наследный принц сидел в узкой келье монастыря Хоккэн, его охраняли два монаха. У стражников не было оружия, но Иэхиса понимал, что даже с катаной в руках ему, ученику придворного мастера Ягю Тадзимы, не справиться ни с одним из них. Относительно тюнина Осимы Кэсои наследный принц, однако, ошибался. Один из его шпионов, одетый в черный бесформенный костюм, с повязкой, прикрывающей лицо, проследил путь заговорщиков до самых ворот монастыря. Проникнуть за каменные стены ночному воину было, что пройти по широкой ровной дороге среди лесной прохлады. Пристроившись в распоре между балками перекрытия, ниндзя прослушал все разговоры предводителей тайного общества «Белый Лотос»…

–  Ты не хочешь отомстить?
– резко спросил Такаси Нуэми.
– Тебя предали и брат, и родной отец. Столько лет ты был на положении беглого раба! Теперь мы просим тебя встать во главе восстания. Почему ты отказываешься?

Стараясь, чтобы голос не дрожал, Оуэма проговорил:

–  Я боюсь не оправдать вашего доверия. Одно дело - быть хорошим воином и учителем, другое - стратегом.

–  Ты всегда был самым мудрым из нас, - сказала Кумико.
– И потом, в тебя верят. За тобой готовы идти. Не можем же мы обезглавить восстание. Согласна, это тяжкий груз. Но… Если не ты, то кто?

Когда в келью вошли Такаси и Оуэма, Итиро Иэхиса испуганно отполз в угол.

–  Нам нужен план дворца князя, - сказал Оуэма.
– Да не трясись, убивать тебя никто не собирается. Ты расскажешь, как охраняются княжеские покои, какова численность охраны и ее вооружение.

–  Конечно, - стуча зубами, ответил наследный принц.
– Конечно. Вам не обойтись без меня, и я тоже в вас заинтересован. Вы возьмете князя тепленьким, прямо в постели. Во дворце сложные коммуникации, но охрану можно обмануть, я знаю…

До самого рассвета Иэхиса-младший, торопясь и захлебываясь, предавал светлейшего дайме, правителя Окинавы, рисуя на пергаменте план дворца, подходы к нему, тайные ходы, систему охраны. Делая это, он испытывал садистское удовольствие, сознавая, что сейчас, в эту минуту, удавка на старческой шее князя сжимается все туже и туже.

Лишь под утро, когда трава посеребрилась от нежной росы, заговорщики вышли из ворот монастыря и сели на коней, чтобы собрать верных бойцов своих отрядов здесь, под священными стенами. Пожар готов разгореться, нужно только высечь искру. Оуэма Тэдзива казался спокойным, лишь рука, мокрая от пота, сжимала и разжимала рукоять меча.

–  Ты нервничаешь?
– спросил Онуко Тэрай.

–  Все в порядке. Удачи вам!

–  И тебе удачи.

Оуэма смотрел вслед трем удаляющимся всадникам, пока они не скрылись за деревьями и не стих вдали топот копыт.

–  Что ты задумал?
– спросил шпион.

Оуэма Тэдзива молчал. Казалось, он вовсе не замечал собеседника.

–  Что ты задумал?
– нервно повторил тот.
– Почему ты не выдал меня? У тебя впереди княжеский трон, а я - единственная помеха.

–  Знаю.

–  Ты… решил убить меня?

–  Нет. Шпион озадаченно помолчал. Потом проговорил:

–  Я должен обо всем доложить господину дайме.

–  Конечно, - безучастно отозвался Оуэма. Шпион нерешительно потоптался на месте.
– Тебя казнят как заговорщика, а я останусь в стороне. Мне жизнь дороже!

–  Торопись. Ты должен быть во дворце раньше, чем наши друзья доберутся до своих отрядов.

–  Ты отпускаешь меня?! Великий Будда, что за игру ты затеял?

–  Не теряй времени!

Два всадника посмотрели друг на друга в последний раз, и каждый поскакал своей дорогой.