На прогулку королева со свитою направилась короткой дорогой через опоясывающую этаж галерею и спускающуюся прямо в сад лестницу. День действительно был необычайно теплый, солнечный, с прохладным бризом, налетающим с моря. Едва они скрылись из вида охранявших лестницу гвардейцев, как Асирья уверенно повела Эллис к какой-то полянке сквозь дурманящие ароматы цветов позднего лета. Фрейлины послушно отстали, давая возможность подругам переговорить с глазу на глаз.

– Спасибо что вырвала меня из этого нескончаемого заточения.

– Да ладно, на что еще нужны несовершеннолетние принцессы. Но я преследовала свои коварные цели!

– Есть какая-то срочная информация для меня?

– Нет, после обеда все без изменений. Просто хочу вручить тебе один подарок.

– Подарок?
– удивилась Эллис, смотря на протянутую ей пустоту в сжатых руках.

– Это брат и сестра, парное оружие нашего дома. Пока клинки в ножнах они невидимы даже для очень сильных магов.

Асирья извлекла меч, а затем и кинжал. Клинки, оказались, по-эльфийски изящны, брат имел тонкий эфес явно для женской руки, с гардой надежно прикрывающей кисть, обоюдоострое лезвие длиной сантиметров семьдесят, такое же узкое и изящное, как и сами эльфы. Эллис, осторожно взяла меч в руки и поразилась его легкости. Сестра, выполненная в виде тонкого кинжала, казалась почти невесомой, но от этого она явно не становилась менее опасной.

– Какой он легкий! И красивый!
– девушка не видела смысла скрывать свое искреннее восхищение работой эльфиских мастеров.

До сих пор в оружейной она видела лишь изготовленное гномами или же человеческими кузнецами оружие. А ведь каждая раса имела своих выдающихся мастеров, и свои уникальные наработки. Такие клинки и не только являлись символом расы и имели немало своих секретов. Шедевры оружейного искусства, создаваемые и доводимые до совершенства не одно тысячелетие. Они не выходили за пределы расы, а еще чаще за пределы правящей династии и особой касты элитных воинов. И только посвященные могли передать чужоку свои собственные клинки - в знак наивысшего доверия и покровительства.

– Но я не могу принять такой подарок! И твои родители, они не поймут...

– Они ничего не узнают, тем более это не мои клинки, я не воин, да еще не совершеннолетняя, кто бы мне сделал? Нет, это подарок от моей наставницы.

– Наставницы?

– Не спрашивай большего Эллис, без ее разрешения я не могу сказать ни кто она, ни для чего этот подарок, но последнее я и так не знаю... Просто носи их всегда с собой, хотя бы кинжал. Она ничего не делает просто так, а уж такой подарок.

– Значит, мне грозит опасность...

– Вполне возможно, ты слишком хорошая королева, не всем это по нраву. Но клинок может пригодиться тебе и через десяток лет. Надеюсь, ты научишься хоть немного с ним управляться. Жаль, что ваших женщин не учат обращению с холодным оружием.

Эллис лишь внутренне ухмыльнулась на это заявление, взяв на заметку, что Джер с эльфийкой делится далеко не всей информацией. Об этом стоило подумать, как и о столь странном подарке от неизвестной доброжелательницы, да еще третьем за едва начавшийся день. Поверить в такое совпадение означало расписаться в собственной глупости, чего Эллис делать явно не собиралась.

Королева крутила в руках бокал с остатками вина. В противоположном крыле, в другом конце дворца, в самом разгаре торжеств веселились придворные и многочисленные гости. Но королевы на балу не было. Она сказалась приболевшей, отослала всех веселиться и в очередной раз при помощи пре-виконтессы сбежала из-под бдительного ока гвардейцев. Теперь она сидела напротив почтенного хранителя библиотеки и была задумчива как никогда. Дэриэн очень хорошо понимал юную королеву и свою воспитанницу, сомнения, что одолевали ее.

– Я не знаю, Дэриэн, как я могу столько и всего доверять..., - голос Эллис разорвал царящую в библиотеки тишину.
– Кто они мне эти повелители рас, друзья или враги? Я даю им бесценные сокровища, мои знания, я позволяю выворачивать себя наизнанку вампирам, постоянно рискую, что кто-то из девчонок случайно все узнает и доложит королю... Я даже в Миларине не могу быть хоть сколько-то уверена, хотя делаю все для ее возвышения.

– Ваши сомнения естественны, моя королева, - он говорил мягко и ободряюще. Эта девочка должна верить в себя, в свою правоту и тогда остальные не усомнятся ней, не поставят свои интересы выше общих.
– Когда вы поделились со мной своими планами и идеями, вы попросили совета, и я его вам дал. Неужели выполняя все наставления, вы усомнились в своих силах?