Приготовив чай со льдом, Майк понес его Саре. Он ждал новой вспышки гнева, но она улыбнулась так, что он немного успокоился.

— Знаешь, вчера вечером… — заговорила она, но Майк остановил ее:

— Я вовсе не хотел тебя обидеть. Ты совершенно права: я задаю слишком много вопросов. Слишком много у нее издержек, у моей профессии. Тебе кто-нибудь говорил, что сегодня я занимался добрыми делами?

— Никто. — Сара с улыбкой отпила чаю. — Убрал плащ крестоносца в нафталин?

— Плащ — это еще куда ни шло. Твоя мама не говорила, что заказала для меня пару юбок? — Сара расхохоталась, и Майк сразу понял, что хотел бы слышать этот смех как можно чаще. — Честное слово! Я встретил Люка, спросил, где здесь удобнее всего покупать экологически чистые продукты, а он…

— Направил тебя к моей маме. Знаю, она рассказывала.

— Я думал, в такую рань она покупателей не обслуживает, а оказалось, что она уже на месте и разгружает ящики с цветной капустой.

— Папа говорит, лучшее время суток — два часа после маминого ухода на работу и до того, как ему приходится вставать. — Сара задумчиво посмотрела на Майка. — Но как ей удалось уговорить тебя участвовать в состязаниях?

— Хочешь сказать, у меня был выбор? Насколько я могу судить, она все решила за меня, я даже рта не успел раскрыть. Тесс часто повторяла, что в этом городе вести разносятся в мгновение ока, но я не верил ей, пока не обнаружил, что твоя мама уже все обо мне знает.

Сара кивнула.

— Ты сказал Тесс, она — Рэмзу, тот позвонил Люку, который сообщил Джос, а она обмолвилась в разговоре с моей мамой.

Майк рассмеялся.

— Вот бы наше правительство работало так же эффективно!

— С другой стороны, хорошо, что правительство не сует нос в чужие дела по примеру здешних жителей. Так что ты говорил насчет юбок?

— Твоя мама… — Майк умолк, глядя на свой стакан.

— Ты покраснел? Глазам не верю! — Сара придвинулась ближе. Майк побрился и отчасти утратил сходство с пиратом. — Боюсь даже спрашивать, как обошлась с тобой мама.

— Стащила с меня пиджак, вытащила из-под ремня рубашку и обняла за талию.

— Видимо, с портновским сантиметром в руках.

Майк кивнул.

— На всякий случай, если ты не знаешь, объясню: она зовет тебя на ярмарку для того, чтобы в Эдилине ты стал своим. Ей понадобилось несколько часов, чтобы узнать, что рядом со мной появился еще один мужчина, и решить, что ты больше подходишь мне, чем человек, за которого я выхожу замуж.

— Если ты насчет… — заговорил Майк, но Сара перебила:

— Ничего страшного. Я знаю, как все в этом городе относятся к Грегу, — мне открыто заявили об этом. Грег как будто нарочно настроил против себя весь город.

Майк сделал большой глоток чая.

— Зачем ему это?

— Не знаю. Но порой мне кажется, что на самом деле Грег хочет увезти меня на какой-нибудь далекий остров, желательно необитаемый.

Майк промолчал. Первое правило того, кто хочет подчинить себе жертву, гласит: изолируй ее от всего мира. Видимо, Вандло уже начал вбивать в красивую головку Сары мысль, что им будет легче жить там, где ее никто не знает. Майк сразу понял, что догадка Сары верна: Стивен умышленно вызывал у жителей Эдилина неприязнь к собственной персоне. Судя по всему, после женитьбы на Саре Вандло собирался разжигать эту враждебность, пока Сара наконец не согласится уехать. И как только они поселятся среди незнакомых людей, с Сарой произойдет какой-нибудь несчастный случай со смертельным исходом, а ее молодой муж, Стивен, унаследует все, что ей принадлежит.

Майк спохватился: нельзя, чтобы Сара заметила, как посерьезнело его лицо.

— Так что у нас с ужином?

Не задумываясь, Сара указала на ворох одежды.

— Сейчас посмотрим… хлопок на закуску, шерсть — главное блюдо, шелк на десерт.

— Звучит аппетитно. Хочешь, приготовлю морские гребешки и к ним спаржу?

— Самая удачная мысль за весь день. Но только при одном условии.

— Каком?

— Плюс текила.

Улыбаясь, Майк поднялся, собрал шитье Сары, и они вдвоем направились к дому.

— Может быть, покажешь мне завтра свой магазин? Кстати, кто в нем сейчас работает?

Сара тяжело вздохнула.

— Грег нанял какую-то женщину из Вашингтона. У нее диплом… э-э… — Она сделала замысловатый жест. — В общем, не знаю. Она носит деловые костюмы, а в бизнесе разбирается так, что мне к ней даже обращаться боязно. Пожалуй, натравлю на нее Тесс, когда она вернется.

— Мою младшую сестренку? Мою покладистую, ласковую крошку Тесс?

— Вот именно. Слышал историю с красным платьем?

— Тесс рассказывала, так что мне известна только ее точка зрения. — Майк припомнил рассказ Тесс о том, как Рэмзи, в то время еще ее босс, вызвал Тесс к себе на аттестацию. К работе Тесс у него не было никаких претензий, однако он заявил, что впредь запрещает ей носить обтягивающие джинсы. «Вы же все-таки на работе», — высокопарным тоном добавил он. Майк на своем опыте убедился: запретить Тесс что-либо — значит гарантированно добиться, что она нарушит запрет. На следующий день Тесс явилась на работу в красном шелковом платье — таком крохотном, словно его сшили из носового платка. В тот день в офисе как раз находились люди, на которых Рэмз пытался произвести впечатление, и конечно, он поплатился за нелепый запрет. И больше никогда не критиковал одежду Тесс.