— Так лучше?

Она кивнула и принялась хрустеть чипсами, обмакивая их в соус.

— Если я правильно понял, о нем тебя расспрашивают все подряд, а ты понятия не имеешь, когда он вернется, потому и не отвечаешь.

— Точно, — подтвердила Сара, — расслабившись впервые за все время после отъезда Грега.

— Может, ему понадобилось съездить домой, — предположил Майк, раскладывая ломтики груши на салатной зелени.

— Его дом здесь. Со мной.

— Я имел в виду место, где жили его родители.

— А-а…

Майк посыпал салат кедровыми орешками и сбрызнул малиновым уксусом.

— Его родителям ты уже звонила? — спросил он, ставя тарелку с салатом перед Сарой.

Она смущенно пробормотала что-то себе под нос.

— Извини, ты не могла бы повторить? Я не расслышал.

Она торопливо дожевала салат, который успела положить в рот.

— Я не знаю, где живут его родители и живы ли они вообще. Он рассказывал мне, что его детство и юность были нелегкими, но никаких подробностей вроде имен и адресов не называл.

— Так… — Майк повернулся спиной к ней, мысленно соглашаясь: да, в детстве и юности Стивен пережил немало неприятностей. Он отсидел два года в колонии для несовершеннолетних за угон машины, был приговорен к шестимесячному заключению за попытку ограбить ювелирный магазин, его дважды арестовывали за карманные кражи. К своим восемнадцати годам Стивен был уже опытным преступником и больше не попадался. — Значит, о семье Грега ты ничего не знаешь?

— О нет! Теперь и ты туда же! Каждый человек имеет право на частную жизнь, и потом, я по горло сыта жалобами мамы и всего города. Ручаюсь, и у тебя есть секреты, разглашать которые ты бы не хотел.

— Спрашивай о чем угодно. Я для тебя — открытая книга. — Он вынул из холодильника двух потрошеных цыплят, заказанных еще утром, и быстро набил их канадским рисом с травами, приготовленными заранее. Секретные задания нравились Майку в том числе и тем, что давали возможность перепробовать самые разные профессии. Немало пользы принесла восемнадцатимесячная стажировка в одном ресторане Аризоны, в должности помощника шеф-повара. Помимо всего прочего, Майк научился готовить начинку для фахиты и заворачивать ее в тесто меньше чем за десять минут.

— Где ты вырос?

— В Экроне, штат Огайо.

— Почему Тесс никогда не рассказывает о своем детстве?

— Я думал, ты хочешь узнать обо мне, а не о моей сестре.

— Она моя подруга, а ты — посторонний человек.

Майк связал цыплят перед приготовлением. Однажды тем же способом он связал человека: ноги вместе, руки отведены назад, веревка тянется через все тело спереди.

— Ты права: ко мне относится все то же, что и к Тесс. Наши родители погибли в аварии, когда мне было двенадцать, а Тесс — пять лет, нас вырастили бабушка и дедушка с маминой стороны. — Он сунул противень с цыплятами в духовку.

— О твоей бабушке я наслышана.

— Могу себе представить. Наверное, тебе объяснили, какой крутой у нее был нрав?

— Да, — тихо подтвердила Сара. — А твой дедушка? Он тоже часто злился?

Майк посмотрел ей в глаза.

— Деда мы видели редко. Бабушка говорила, что он зарабатывает на жизнь путешествиями, а в 1999 году, когда его не стало, я вдруг узнал, что у него была вторая семья.

— Боже мой… — Сара замерла, не донеся вилку до рта.

Майк сел за стол напротив нее.

— Теперь ты понимаешь, почему Тесс не любит вспоминать свое детство?

— Да, — подтвердила Сара, глядя на него. — Пожалуйста, расскажи еще что-нибудь. Хочу заслушаться и забыть о собственных проблемах. Мама сказала, ты работаешь в полиции чуть ли не с подростковых лет.

Майк помедлил. Во время выполнения секретных заданий ему еще ни разу не приходилось рассказывать о себе правду. Но в этом городе еще живут люди, знавшие его бабушку, поэтому любую попытку соврать сразу разоблачат.

— Я, как старший, часто заступался за малышку Тесс перед бабушкой, но толку от моего вмешательства было немного. Сразу после окончания школы я предупредил старую ведьму, что убью ее, если она еще хоть раз тронет Тесс, и уехал из города.

— Но ты, конечно, ничего подобного не сделал бы. Ты бы все равно ее не убил.

Майк перестал жевать салат, поднял голову, но не ответил.

— И что же было дальше?

— Мне всегда хотелось увидеть океан, вот я и… — Он замолчал, улыбаясь воспоминаниям. — Чтобы решить, в какую сторону направиться, я подбросил монетку, и Восточное побережье выиграло, а может, проиграло. Добравшись на попутках до Флориды, я обосновался в Форт-Лодердейле. — Он подцепил вилкой салат. — И пошло-поехало. Там я и устроился на работу в полицию. — Он снова посмотрел на Сару. — И вот теперь я здесь.