Тем более, что это не столько приглашение, сколько королевский приказ явиться в указанное место, мрачно подумала Бетти, когда живая изгородь по бокам дороги сменилась стеной из грубо обтесанного камня, а затем впереди показались гостеприимно распахнутые массивные чугунные ворота. Какие-то люди в униформе, похожие на охрану, очень внимательно осмотрели вновь прибывших и указали место на небольшой лужайке, где была устроена временная парковка.

Большие белые фургоны с эмблемой местной телекомпании не оставляли сомнений в том, что съемочные группы весь день будут шнырять меж гостей, готовя репортажи для вечернего выпуска программы новостей. Возле фургонов выстроились в ряд шикарные автомобили — своеобразные моторизованные символы достатка их владельцев, которые изо всех сил старались продемонстрировать окружающим свою значительность. Бетти отметила про себя все это, и сердце ее сжалось от неприятных предчувствий.

И все же интересно: почему Рой Маклинн передумал практически в последний момент и пригласил их на прием? Не может быть, чтобы он переменил решение о закрытии передачи только потому, что ему на глаза попались газетенки со скандальными статьями об Эрле!

Пригнувшись, Бетти выбралась из автомобиля, нечаянно сбив набок шляпку. Она поправила ее, сердито бормоча что-то под нос. Она совершенно не привыкла носить подобные вещи и чувствовала себя наподобие гриба. Одернув платье, она подошла к Эрлу, который как раз убирал в карман ключ от «ягуара».

— Мне не хотелось бы портить тебе настроение, но я хочу спросить, не задумывался ли ты над тем, почему мы оказались здесь? Ведь Маклинну могло не понравиться то, что он прочел в газетах. Возможно, он не захочет, чтобы у него работал человек, о котором ходят подобные сплетни. Мы с тобой попали в самую гущу пересудов!

— Да, — согласился Эрл, пригладив волосы на голове, а затем, предлагая руку спутнице, — такая возможность существует, хотя и весьма отдаленная. Но не забывай, что в нашем деле все вертится вокруг рекламы и высоких рейтингов. И, кроме того, Рой сам не святой. Его редко можно увидеть дважды с одной и той же дамой. О Маклинне много чего можно сказать, но пуританином его не назовешь.

— Он женат? — спросила Бетти, идя рядом с Эрлом на цыпочках, потому что ее тонкие каблуки увязали в поросшем травой грунте. Ей почему-то, очень хотелось узнать побольше о Рое. Себе самой она объясняла это тем, что о «врагах» нужно иметь как можно больше сведений.

— Был женат, — ответил Эрл с оттенком нетерпения, — но его жена умерла. Кажется, в эту историю было вовлечено третье лицо... Впрочем, в браке Маклинна всегда присутствовал кто-то третий. Идем скорее, Бет!

Все новые и новые автомобили прибывали на лужайку, солнце сверкало на их лакированных поверхностях, и все больше появлялось вокруг изящных женщин в вычурных шляпках и холеных мужчин в модных летних костюмах.

Бетти сдалась и перестала расспрашивать Эрла. Она шагала рядом с ним по аллее, с обеих сторон заросшей цветущей фуксией. Темно-янтарный шелк платья облегал ее грациозную фигуру, подчеркивая изящные линии спины и длину ног. Она даже не подозревала, что при каждом шаге край короткого платья скользил вверх, обнажая верхнюю часть ног и открывая взору идущих следом гостей дразнящую линию ничем не скрытых бедер.

Краткий разговор с Эрлом предоставил Бетти хоть какую-то информацию, которая, ее интересовала. После этого Маклинн показался ей еще менее привлекательным, чем прежде. Натерпелась, должно быть, его бедная жена с таким супругом! Из-за чего, интересно? Потому что он не мог обходиться без других женщин? Вполне приемлемое объяснение!

Бетти вообще не понимала, как здравомыслящая женщина может желать выйти замуж. Зачем нужно ставить себя в такое положение, когда твое счастье зависит от способности мужчины хранить верность или от его характера? Она неплохо относилась к мужчинам, с удовольствием находилась в их компании и ценила дружбу с ними. Но у нее и в мыслях не было поступиться своей независимостью ради какого-нибудь из них. Перед глазами всегда находился пример ее родителей. Она видела, что супружеская жизнь сделала с ее матерью, а косвенным образом и с ней самой. Кроме того, она за свою жизнь вдоволь наслушалась историй о неудачных браках и поневоле стала осторожной.

Нет уж, рассуждала Бетти, лучше я буду свободной, не обремененной сердечными привязанностями, независимой женщиной, не несущей ответственности ни перед кем, кроме себя самой.

— Бет! — произнес Эрл, слегка толкнув ее локтем, и она вернулась к действительности. Перед ними стоял вышколенный официант в белом кителе. Он с непроницаемым видом держал поднос, уставленный бокалами с шампанским.

Взяв с подноса бокал и отпив глоток, Бетти огляделась по сторонам. Несколько акров поросших изумрудной травой лугов пересекались в разных направлениях дорожками, мощенными каменными плитами. То тут то там пестрели небольшие клумбы и возвышались старые деревья, шелестя листвой под легким летним ветерком. А в нескольких сотнях ярдов, за тисовой аллеей, виднелись крыши родового поместья Маклиннов — Туидвейла.

Вот это да! Бетти присвистнула от удивления. Настоящий фамильный замок, пронеслось у нее в голове. Она невольно сравнила с особняком Маклинна скромный коттедж родителей, единственное место, которое все-таки могла бы назвать своим домом.

К счастью, владельца поместья поблизости не было. Радуйся хотя бы этому, велела себе Бетти.

Втайне она надеялась на то, что ей вообще удастся избежать встречи с боссом Эрла Фримена.

— И чем же мы займемся? — спросила Бетти Эрла. — Начнем позировать перед телекамерами?