Придерживаясь этого решения, он не стал привлекать внимания Софи к показавшимся в стороне от дороги цыганским кибиткам. Они как раз проезжали территорию, где ему предстояло организовывать прием для приезжих гостей. Ив рассчитывал вернуться сюда позд нее,а сначала уладить дела в городе, где его уже должна была ждать Катрин с подготовленными бумагами. В этот момент Софи, оглядывающаяся по сторонам, воскликнула:

— Ив, это то самое место? Здесь просто чудесно! Но боюсь, тебя ждет немало головной боли, прежде чем ты все это устроишь.

— Так и есть,— подтвердил он и, бросив на нее лукавый взгляд, добавил, понизив голос: — Однако я, кажется, нашел прекрасное средство от головной боли.

Софи, покраснев, рассмеялась.

— Ты разве не знаешь, что при головной боли сексом заниматься нельзя? — строго вопросила она.

Но Ив не откликнулся на ее шутливый тон. Он сказал вдруг с необычной серьезностью:

— То, что происходит между нами, гораздо больше, чем просто секс. — И покачав головой, повторил: — Гораздо больше....

Софи замерла, не сводя с него глаз и ощущая странную, сладостную истому во всём теле.

Машина въехала в город и остановилась перед старинным зданием, в котором когда-то располагалась ратуша, а ныне должен был разместиться музей. Это здание и требовало реставрировать. Ива уже ожидали. Он поспешил распахнуть перед Софи дверцу и сказал ей:

— Поброди пока по городу, а через час возвращайся сюда. К тому времени я закончу свои переговоры.

Софи кивнула и, улыбнувшись ему, послушно отправилась осматривать город. Однако сегодня никакие достопримечательности ее не интересовали. Рассеянно осматриваясь, она направилась в сторону возносившейся над городом древней церкви и устало присела на встретившуюся ей уединенную скамью. Мысли находились в совершенном разброде. Последние сутки были столь густо насыщены бурными событиями, что ей все время хотелось ущипнуть себя, чтобы удостовериться в том, наяву ли все это происходит. Она уже не могла представить свою дальнейшую жизнь без Ива. Он и их столь неожиданно и чудесно вспыхнувшая любовь стали теперь единственным смыслом ее существования в этом мире.

Представляя ее вчера вечером своей сестре, он и не старался скрыть, какие чувства к ней испытывает. Это не вызвало сомнений не только у Софи.

— По-моему, твоя сестра обо всем догадалась,— сказала она Иву позже, когда они лежали рядом в кровати.

— Мм... Да... Судя по всему, я выдал себя с потрохами,— признал Ив, нежно покусывая ее за мочку уха. — К тому же учти, сейчас обо всем извещены уже все Карреры, да и не только они. Надеюсь, — добавил он с шутливой суровостью, — в твоем шкафу не таится никаких скелетов? Ибо, если таковые имеются, будь уверена, что женская часть моего семейства вытащит их на свет божий в мгновение ока!

— Разумеется, нет! — в тон ему откликнулись Софи, как ей тогда казалось, вполне искренне.

Но сейчас она ощущала угрызения совести. О том, кем ей приходится Фернан Рулен, она до сих пор не рассказывала Иву, а ведь дальше так продолжаться не могло. Сегодня вечером расскажу, решительно пообещала она себе и, взглянув на наручные часы, поняла, чтопора возвращаться.

Она поднялась со скамьи и двинулась в обратный путь. Поискав глазами машину Ива, она увидела, что рядом с ней появилась еще одна. Ив был занят оживленной беседой с весьма элегантной особой, выглядевшей разве что чуточку старше, чем он.

Оба они были полностью поглощены разговором, и по тому, как Ив непринужденно, почти интимно, приобнимал собеседницу за плечи, а та, если и не прижималась к нему всем телом, то уж во всяком случае, и не стремилась отстраниться, Софи догадалась, что их связывают давние и наверняка доверительные отношения.

Давние и доверительные... Софи до боли прикусила губу, охваченная ревностью. Это чувство было настолько острым, что почти парализовало ее, заставило задохнуться от негодования и горечи и вынудило остановиться. Она была не в силах сделать хотя бы полшага вперед.

И в этот момент Ив повернул голову и увидел ее.

На какую-то долю секунды Софи показалось, что в глазах его промелькнуло недовольство при виде ее. Однако уже в следующее мгновение их переполнила такая ликующая радость, а обращенная к ней улыбка была столь искренней и неподдельной, что Софи тут же отбросила все свои опасения и подозрения. Катрин же, подметив этот взгляд Ива, вдруг подумала с совершенно неуместной зависть, что на нее он так никогда не смотрел даже во время, когда воображал, что влюблен.

— Софи! — воскликнул Ив. — Иди сюда и познакомься с Катрин!

Так вот кто та женщина — всего лишь его помощница... Катрин Гренье, жена того самого нотариуса, с которым ей предстояло встретиться позднее. Софи робко шагнула к ним.

Стоявшую перед ней женщину нельзя было назвать красивой в строгом смысле этого слова. Нельзя было назвать ее и молодой. Однако было в ней нечто почти неуловимое: какая-то особая теплота, внутренний свет, некая изюминка, которые способны взволновать и привлечь мужчин, особенно энергичных и жизнелюбивых. Катрин приветливо улыбалась. Софи даже себе самой не могла бы объяснить, почему, увидев эту улыбку, сразу бесповоротно поняла, что Ива и эту женщину связывают отношения, гораздо более глубокие и сложные, чем это обычно бывает между шефом и его помощницей.