– Игорек, к тебе визит, – сообщил спикер.

– Ууууу! – мальчишка от разочарования даже взвыл, отложил бутерброд и крикнул: – 29-19, сюда давай, кто там еще-о… О?!?!?!

Капитан-преображенец – в парадном мундире, – появившийся над пластиной связи, не выказал ни малейшего удивления по поводу еще не вполне обсохшего персонажа в трусах, который стоял у кухонного стола.

– Сурядов Игорь Викторович? – как ни в чем не бывало осведомился офицер.

– Это я. – Игорь кивнул. – С кем имею честь?

– Капитан гвардии Дорошевич, личный секретарь Его Императорского Величества. – Игорь снова кивнул – точнее, уже поклонился, хотя еще ничего не понимал и не ощущал, кроме изумления. – Игорь Викторович, мы понимаем, что вы находитесь на каникулах, но, может быть, вы сочтете возможным выполнить просьбу Его Императорского Величества и сегодня к вечеру прибыть в столицу? В случае вашего согласия собирайтесь – в течение двух минут за вами будет выслан легкий самолет дворцового аэропарка. Итак, Игорь Викторович?

Самолет оказался двухместным реактивным «лучом» цветов Дома – алый, с личными императорскими гербами на коротких, загнутых на концах кверху крыльях и разнесенном двойном хвосте: золотая рысь с серебряной секирой в правой лапе. «Луч» сидел в положении «на взлет», опираясь о землю выпущенными передними опорами и почти уткнувшись в гладкое покрытие дюзами двигателей. Стоявший рядом пилот – в обычной форме ВВС с погонами штабс-капитана – издалека смотрел на идущего мальчика; и ни во взгляде, ни в позе не было нетерпения.

Игорь оделся в лицейскую форму и нес маленькую сумку, с которой обычно уезжал на занятия. Возить с собой много вещей давно не было необходимости, по крайней мере на Земле и в «старых» колониях – где бы человек ни оказался, к его услугам был максимум удобств, нередко – бесплатных. Лицо мальчишки было тоже совершенно непроницаемым, как будто вызов к Императору он получал по меньшей мере раз в месяц. Провожать себя он никому не позволил – да никто и не настаивал, хорошо зная характер среднего Сурядова. Велина Целимировна проводила сына дальше всех – на крыльцо. Остановив, внимательно осмотрела взглядом скорей унтер-офицера, чем матери, одобрительно кивнула. Помедлив – Игорь выжидающе не сводил с нее глаз – негромко сказала:

– Я чувствую – тут что-то важное.

– Думаю, что для неважных дел Его Величество вызвал бы кого-нибудь из ближнего окружения, – серьезно сказал Игорь.

Велина Целимировна слегка ткнула сына пальцем в лоб, улыбнулась, но лишь на миг – улыбка тут же пропала:

– Не шути, Игорек. Если я еще не растеряла своих навыков, могу сказать: дело, для которого тебя вызывают, – дело важное, очень важное, и… – она помедлила, – и опасное.

– Что ж, – Игорь сделал усилие и остался невозмутимым, хотя внутри опять радостно и торжественно запели серебряные трубы, как в тот момент, когда капитан Дорошевич передал ему просьбу Императора, – разве мы живем не для таких дел?

Велина Целимировна немного склонила голову:

– Да, это так. Я ничего не буду тебе говорить особо – ты мой сын и ты кровь рода Сурядовых. Иди и сделай то, что тебе прикажет Его Величество. Если выполнение его приказа добавит России славы – это будет и наша слава. Если ради славы России ты будешь должен отдать свою жизнь – это тоже будет наша слава… – Она подняла руку отталкивающим жестом и сказала повелительно: – Иди, мой второй сын. Твой отец гордится тобой…

Сбежав по лестнице в сторону тропинки к посадочной площадке, Игорь не выдержал – обернулся. Велина Целимировна стояла в дверях. Увидев, что сын оглянулся, она шагнула вперед, раскидывая руки – Игорю на миг показалось, что это… орлиные крылья. А потом донесся ее голос, и мальчик слышал его, даже когда уже подходил к «Лучу». Мать пела…

– Я готов, – кивнул в ответ на молчаливый вопрос пилота Игорь и принял поданный шлем, нахлобучил, застегнул под подбородком.

В кабине пилот подал ему маленькую «памятку» и суховатым голосом, в котором выразительности было не больше, чем в звуке сыплющегося песка, предложил – даже без оттенка приказа, но странным образом непреклонно – ознакомиться с материалами. Игорь кивнул, прищелкнул «памятку» в комбрас и, включив в шлеме проектор, уже на автомате зафиксировал себя ремнями в мягком глубоком кресле. И вдруг подумал – а точнее, ясно понял, – что не удастся слетать в Декан к лучшему другу Мишке, а ведь обещал, что прилетит через две недели, и Мишка будет ждать, и ничего не объяснишь ему, обидится он… а сам Игорь – где он будет через две недели?

Правота матери и ее неясные слова о важном обрели плоть вместе со щелчком фиксаторов ремней. Игорь стал не вполне обычным человеком – скорее автоматом с натренированным человеческим мозгом, автоматом, готовым ко всему…

«Луч» прыгнул в небо, чтобы почти тут же выметнуться в стратосферу и набрать скорость более десяти тысяч километров в час. Но Игорь – честное слово – почти не заметил перегрузки, удивленный разворачивавшейся перед ним информацией. Такого он не читал никогда и нигде! Если честно, даже не мог себе представить, что описываемые вещи могут быть сколь-либо реальны…