— Воля ваша, но если передумаете, у меня в подсобке есть выход во двор. Сможете через соседний дом выйти на параллельную улицу.

— Вы действительно очень любезны.

— Не хочу терять постоянного клиента…

Хозяин вернулся за прилавок, я подошел к витрине, сделал вид, что выбираю на этажерке газету, и незаметно бросил взгляд на улицу. Бакалейщик оказался прав: водитель припаркованного у тротуара напротив автомобиля явно за мной следил. Я решил окончательно все прояснить, вышел и направился прямо к нему. Когда я ступил на асфальт мостовой, мотор взревел, и автомобиль сорвался с места.

Хозяин магазина, наблюдавший за моим маневром через витрину, красноречиво пожал плечами. Я вернулся, чтобы заплатить за покупки.

— Вынужден признать, что все это более чем странно, — сказал я, протягивая ему кредитку.

— Вы в последнее время не совершали ничего противозаконного? — поинтересовался он.

Вопрос показался мне неуместным, но задан он был таким доброжелательным топом, что я не обиделся.

— Насколько мне известно, нет, — ответил я.

— Оставьте покупки здесь и бегите домой.

— Зачем?

— Сдается мне, этот тип просто наблюдал и осуществлял прикрытие.

— О чем вы?

— Пока вы здесь, можно быть уверенным, что вас нет в другом месте. Понимаете, о чем я?

— И в каком другом месте меня нет?

— Например, дома!

— Вы думаете, что…

— …что если вы продолжите тратить время на болтовню, будет слишком поздно? Вне всяких сомнений!

Я схватил пакет с продуктами и побежал домой. В доме все оказалось в полном порядке, дверь не была взломана, так что опасения бакалейщика не подтвердились. Я бросил покупки на кухне и отправился за Кейрой в Академию.

Кейра зевнула, потерла глаза и решила сделать перерыв. Она закрыла книгу, поставила ее на место, ушла из библиотеки, простилась с Уолтером и спустилась в метро.

Пасмурное, серое небо, моросящий дождь, блестящий от влаги асфальт — обычный зимний вечер в Лондоне. Из-за чудовищных пробок я сорок пять минут добирался до Академии и еще десять искал место для парковки. Я закрыл машину и увидел выходящего Уолтера. Он тоже меня заметил и пошел навстречу через улицу.

— Есть время выпить по стаканчику? — спросил он.

— Заберу Кейру из библиотеки, и мы присоединимся к вам в пабе.

— Думаю, она ушла с полчаса назад, может, даже больше.

— Вы уверены?

— Она зашла проститься, и мы немного поболтали. Так что насчет пива?

Я взглянул на часы, понял, что, если поеду домой сейчас, навечно застряну в пробках, и решил позвонить Кейре из пивной.

Народу в пабе было не протолкнуться, но Уолтер так активно работал локтями, что мы все-таки пробрались к стойке. Уолтер взял две пинты, протянул мне кружку поверх плеча втиснувшегося между нами посетителя и заметил освободившийся в глубине зала столик. Мы успели занять его и погрузились в плотный, как вода в аквариуме, гул голосов.

— Итак, ваш набег на Шотландию прошел успешно? — крикнул Уолтер.

— Восхитительно… если любишь селедку. Я считал, что замерзал в Атакаме, но на Елле не только холодно, но и влажно, и ветер дует ледяной!

— Вы нашли, что искали?

— Кейра полна энтузиазма, так что, боюсь, скоро мы снова двинемся в путь.

— Эта история вас в конце концов разорит, — рявкнул Уолтер.

— Уже! — улыбнулся я.

В кармане завибрировал телефон.

— Ты рылся в моих вещах? — замогильным голосом спросила Кейра.

— Конечно нет, зачем мне это?

— Ты точно не открывал мою сумку? — шепотом продолжила она.

— Ты уже спрашивала. Разумеется, нет.

— И ты не оставлял свет в спальне?

— Тоже нет. Может, скажешь наконец, что происходит?

— Кажется, я в доме не одна…

У меня мгновенно заледенела кровь.

— Уходи оттуда, Кейра! — завопил я. — Убирайся немедленно из дома, беги не оборачиваясь в бакалейную лавку на углу Олд-Бромптон и жди меня там, слышишь? Кейра, ты меня слышишь?

Связь прервалась, я вихрем пронесся через зал, расталкивая всех на своем пути, и выскочил на улицу. Мотоциклист готовился объехать застрявшее в пробке такси, я кинулся наперерез, вынудив его остановиться, и принялся объяснять, что речь идет о жизни и смерти, а потом пообещал щедро заплатить, если он доставит меня на пересечение Олд-Бромптон-роуд и Крессвелл-Гарден. Он кивком указал мне на сиденье у себя за спиной и резко стартовал.

Мимо на сумасшедшей скорости пролетали улицы: Олд-Мэрилебон, Эджвер-роуд, Марбл-Арч, забитый машинами, автору, сами п такси перекресток с круговым движением. Мой водила выскочил на тротуар. Я не так часто ездил на мотоцикле, но старался помогать ему, как только он закладывал очередной вираж. Десять нескончаемых минут бешеной гонки, проезд через Гайд-парк под проливным дождем, потом вверх по Кэрридж-Драйв между двумя рядами машин, колени то и дело задевают их кузова. Серпентайн, Экзибишн-роуд, площадь у станции метро «Южный Кенсингтон», уже видна Олд-Бромптон, до предела заполненная автомобилями. На пересечении с Куинс-Гейт-Мьюз мотоциклист прибавил газу, проскочил перекресток на желтый свет, и мы едва не столкнулись с грузовичком, который тронулся на мгновение раньше, чем загорелся зеленый. Мотоциклист вцепился в руль и повалил машину набок, я на спине полетел к тротуару, машинально отмечая застывшие от ужаса, окаменевшие лица прохожих. Мне повезло, я не попал под колеса, вскочил, увидел, что мой мотоциклист цел и пытается поднять свою машину, махнул рукой в знак благодарности и кинулся бежать, криком разгоняя людей, толкнул какую-то пару, и в спину мне зазвучали ругательства. До бакалейной лавки оставалось не больше ста метров, я мчался что было сил, молясь, чтобы Кейра была там.