— Ладно. Прибережем дурацкие колкости до следующего раза.

Он несколько секунд глядел ей в глаза, а потом, по-прежнему улыбаясь, повернулся и зашагал по коридору к спальне дяди. Сегодня, как с радостью убедилась девушка, Джаспер выглядел гораздо лучше. Впалые пергаментные щеки чуть порозовели, а в глазах появился обнадеживающий огонек, вспыхнувший ярче при виде желанной гостьи.

Карла обняла старшего друга.

— Вы чудесно выглядите. — Взяв его за руки, она присела на краешек постели.

Джад устроился в том же кресле, что и в прошлый раз, где безмолвно нес свою стражу. Он промолчал почти все время ее визита, принимая участие в разговоре лишь тогда, когда Джаспер обращался непосредственно к нему.

Замечательно! Карла просто нарадоваться не могла. Иногда она даже забывала о присутствии Джада. Однако под конец беседа приняла неожиданный и неприятный оборот.

Джаспер рассказывал ей, как и где ему доводилось проводить отпуска, и вдруг неожиданно переменил тему:

— Кстати, дорогая, а какие планы у вас? Когда собираетесь устроить себе отпуск? После напряженной работы в центре вам непременно потребуется отдых.

— Признаюсь, я бы не против. Однако, боюсь, в этом году мне отпуска не видать как своих ушей. После занятий в центре придется сразу возвращаться на основную работу. Так что сейчас отдых не стоит у меня на повестке дня.

— Тогда вам надо пересмотреть повестку дня. Всем время от времени нужно давать себе передышку.

— Знаю, но…

Карла осеклась, внезапно со всей остротой осознав присутствие Джада. Еще миг — и она бы откровенно призналась, что в этом году не смогла отложить денег на отпуск. Нетрудно представить, как бы воспринял подобное заявление подозрительный племянник Джаспера! «Мне-то какое дело, что он подумает?» — говорила в ней гордость. Но что-то остановило девушку. Все-таки не хотелось выступать в роли корыстолюбивой мошенницы.

— …наверное, сумею съездить куда-нибудь на выходные, — с деланной беззаботностью закончила она оборванную фразу.

— Выходные? Но этого же недостаточно! Выходные всегда кончаются, не успев даже толком начаться. Нет, что вам нужно, так это…

— Дядя, по-моему, Карла пытается сказать нам, что не может позволить себе уйти в отпуск, — внезапно подал голос Джад, наклоняясь в кресле вперед. Карла резко обернулась к нему. Глаза их встретились. — Или я не прав? Ты именно это имела в виду?

Карла почувствовала, как щеки залились жарким румянцем, словно ее и впрямь уличили в попытке злоупотребить симпатией старика. А Джад, без сомнения, как раз на это и намекал. Однако на смену стыду немедленно пришла злость.

— Да, — ледяным тоном подтвердила она. — Раз уж ты об этом заговорил, не стану спорить. Так и есть.

— Боже ты мой, это не годится. Никуда не годится, верно, Джад? — снова вмешался Джаспер. — Я так думаю, мы должны непременно это как-то исправить.

Под пристальным взглядом серых глаз девушка окаменела. Вопросительно приподнятая бровь Джада, слегка склоненная набок темнокудрая голова словно бросали вызов: ну-ка, посмей продолжить начатое, зайди хоть на шаг дальше! Неужели Джад и правда считал, что она все подстроила? Как ни больно было признавать, но Карла в этом не сомневалась.

Глубоко вздохнув, она снова повернулась к старику.

— Вы очень добры, но, честное слово, не стоит волноваться. — Она улыбалась, но в голосе звучала сталь. — Мне вовсе не нужен никакой отдых. И давайте поговорим о чем-нибудь другом.

Больше в этот день тема отпуска не поднималась. И, к счастью, еще более опасная тема — сколько Карла получает в месяц — тоже. Однако даже этот короткий эпизод не просто рассердил или раздосадовал девушку, а взволновал до глубины души. Она чувствовала себя задетой, даже раненой. Уже на пароме, возвращаясь с острова, она никак не могла успокоиться и снова и снова перебирала в уме происшедшее. Если рассудить здраво — разве ей не безразлично, какого Джад о ней мнения? Но, увы, ей было далеко не безразлично. Вот ужас-то! Глупо, глупо, глупо. И все же — ну почему, почему он так плохо о ней думает?

Что ни говори, а подобная неприязнь не может возникнуть просто так, на пустом месте. Ей должно найтись какое-то обоснование. Но какое? Пока паром преодолевал расстояние до берега, мозг Карлы отчаянно работал, пытаясь докопаться до истины. Джад слишком рассудителен, слишком рационален, чтобы ополчиться на человека, о котором ровным счетом ничего не знает. А он ведет себя так, будто что-то знает, причем что-то плохое. Но что? Откуда? И потом — ведь и знать-то нечего. Нет, пора выяснить все от начала и до конца.