— Думаешь, я тебе хоть в чем-то поверю на слово?

Ноэль наконец оторвала взгляд от пола. Глаза ее метали молнии.

Лицо Филипа сделалось жестче.

— Если хотите, я схожу проверю, как она там, — торопливо предложила Сара.

Она знала, что спасается бегством, но просто не представляла, как обращаться с Ноэль, когда на сестру нашел такой стих. Удушливую предгрозовую атмосферу минувшего вечера — и ту было куда легче вынести, чем нарастающее напряжение в этой комнате.

Филип не стал дожидаться, пока она выйдет. Подумать только, больше тридцати лет ждать женщину, которой захочешь сказать о любви, но именно она глядит на тебя, как на мокрицу какую-то. Везет как утопленнику!

— Неужели ты все дуешься из-за того, что произошло на реке?

Его утомленный тон стал последней каплей, переполнившей чашу ее терпения. Ноэль отреагировала, как бык на красную тряпку.

— И ты еще спрашиваешь! После того что я слышала и видела у входа в отель?

— Ах это. — Филип переступил с ноги на ногу. — Ну да, согласен, вышло неловко. Но, в общем-то, пустяки. Всякий поступил бы так на моем месте.

Только если бы этот «всякий» был таким же гнусным животным!

— Неловко? — недоверчиво переспросила она. — Неловко?! — Голос Ноэль звенел от гнева. Непонимающе хмурясь, Филип взирал, как яростно вздымается полуприкрытая грудь негодующей красавицы. — По-твоему, это неловко — похитить… Господи, Филип, да она же не старше Сары!

Ноэль задыхалась от отвращения и злости.

— Правильно ли я понимаю: ты считаешь, будто я похитил у Жанетт сердце? — Похоже, эта мысль позабавила Филипа. — И все твое праведное негодование направлено лишь на защиту ее поруганной невинности? — сухо поинтересовался он. — Ты совершенно уверена, что зеленоглазое чудовище тут ни при чем?

Ноэль раздраженно топнула ногой. Ну до чего же похоже на Филипа — так извратить ситуацию, что оправдываться приходится ей!

В глазах Филипа угас насмешливый огонек. Он протянул обе руки Ноэль, и сердце ее едва не разорвалось от мучительной борьбы. Так хотелось протянуть руки ему навстречу, но она справилась с собой…

Филип принял ее отказ, небрежно пожав плечами. Однако этому жесту противоречило разочарование в глазах.

— Ноэль, честное слово, это дитя видит во мне героя, испытывает ко мне что-то вроде благодарности, понимаешь? Знала бы ты, до чего это неудобно! — добавил он прочувствованно.

У Ноэль даже дыхание перехватило.

— Что-то вроде благодарности! Так вот что положено испытывать тем счастливицам, с которыми ваше величество изволило переспать!

Не знай она доподлинно, с каким двуличным и лживым типом имеет дело, непременно купилась бы на недоуменное выражение лица Филипа. Однако теперь она ответила на это недоумение лишь презрительной гримасой. Через несколько секунд лицо ее собеседника осветилось озарением — и, что самое удивительное, весельем.

— Твоя вера в меня просто трогательна, ангел мой, — простонал он. — Нет, Криса я еще могу понять, он мой брат и полный идиот, но ты-то…

Ноэль поймала себя на том, что невольно начинает поддаваться. Ее глубокая внутренняя убежденность в своей правоте начала таять Сердито тряхнув головой, молодая женщина прогнала наваждение.

— А как насчет фотографий? — всхлипнула она, но попыталась выдать этот всхлип за язвительное фырканье.

На добрых десять секунд Филип превратился в соляной столп. Наконец-то до него целиком и полностью дошел весь смысл ее слов.

— Фотографии! Ты решила, что это фотографии нас с…

Не в силах продолжать, он разразился неудержимым хохотом. Плечи его заходили ходуном, по щекам поползли слезы.

Ноэль окончательно растерялась. Либо этот человек — первоклассный актер, либо она все поняла не так.

— Если это не…

— Порнофотографии меня и… О Боже, Ноэль, ты меня шокируешь!

Однако вид у него был вовсе не шокированный, а веселый и почему-то необычайно самодовольный.

— Ну ладно, ладно, — поспешно сказала Ноэль, пока Филип не начал смеяться снова. — Видишь ли, я просто не представляю, о каких еще фотографиях могла идти речь. И коли уж все действительно столь невинно, чего ты так боишься, что об этом кто-нибудь узнает?