В голове уже бешено фонили, надрывались имплантаты, определившие опасность второго уровня — так называлась угроза физической целостности их носителя.

Серебристыми муравьями были, конечно же, скорги, причем на удивление крупных размеров. Вернее, каждый муравей состоял из ансамбля специализированных скоргов.

В любом случае сути дела это не меняло: наноорганизмы определенно намеревались инфицировать Штурмана! Сжечь мозги, перешить имплантаты, превратить в сталтеха, подчинить своей машинной воле.

Нужно было действовать без промедлений.

Наиболее простым вариантом казалось прорваться обратно в тамбур, откуда можно гиперскачком уйти от опасности.

Штурману было все равно, в какую локацию бежать, лишь бы подальше от агрессивных скоргов. Ну и еще желательно, конечно, не на Казантип, мда…

Но впереди шла его группа. Группу необходимо предупредить.

А связь как назло исчезла… Скорги вели радиоэлектронную борьбу?

Штурман принял решение: он побежал по тропе за своими товарищами. Прочь от спасительного входа на последний уровень тамбура.

Под ногами плотоядно хлюпала, нехорошо ходила почва. Благодаря имплантатам кругового обзора, которые к тому времени уже включились на полную мощь, Штурман видел, как вслед ему бьют серебристые струи стальных насекомых. Будто двигались не сами скорги, будто их несло потоками невидимой энергии, и эти потоки избрали своей конечной целью именно его, Юла Клевцова.

Вот он уже достиг ельника, а до сих пор не догнал ни Семенова, ни стрелков, вышедших за ним следом. Юл понял — произошло что-то экстраординарное и, вероятно, дурное.

Но долго раздумывать ему не позволили потоки скоргов. Он явно проигрывал стальным муравьям этот марафон, поэтому пора было дать тварям укорот.

Юл припал на колено за стволом самой старой, давно потерявшей все нижние ярусы ветвей елки.

Тщательно прицелился, одновременно переводя уровень мощности на минимум.

Юл все еще не знал, как функционирует система подзарядки плазмомета и какие источники энергии она использует. Поэтому следовало быть поэкономней.

Ослепительное пламя разрезало поток скоргов надвое, но не сумело создать надежное препятствие. Болотистая земля с жадным чавканьем тут же сомкнула обожженные, запекшиеся края раны на своем теле, похоронив в глубине остатки нескольких тысяч сожженных скоргов.

Необходимо было изменить параметры стрельбы.

Второй выстрел сожрал немало энергии, зато увенчался полным успехом. Заряд плазмы не только уничтожил новые тысячи скоргов, но и выжег целую траншею, выстелив ее дно стекловидным шлаком.

Скоргам шлак не понравился.

Живой ручей с тихим металлическим звоном остановился.

Некоторое время он балансировал на краю, накапливаясь и дрожа, как студень.

Затем — разделился. Скорги потекли в обход, намереваясь обойти траншею.

Видя это, Штурман повел стволом плазмомета, изрыгающего огонь, окружая себя длинной дугой.

— Как Хома Брут в церкви, — хмыкнул он с неудовольствием. Определенно, Юл Клевцов был едва ли не последним сталкером старой школы — которые еще держали в руках бумажную книгу и отличали Гоголя от Пикуля.

Затем Штурман бегом пересек ельник.

Его людей по-прежнему нигде не было видно.

Зато в куче жухлых еловых иголок валялся пистолет-пулемет Карташова. Это был последний привет от Вырина. И хуже подобной весточки Юл, признаться, не ожидал увидеть ничего во всей этой гребаной заболотине.

Когда отражаешь нападение, время идет как попало. То бежит галопом, то еле ползет. Иногда кажется, что его скорость прямо пропорциональна численности противника, а иногда наоборот — большое число врагов растягивает время, заставляя каждую секунду тянуться и тянуться.

Штурману казалось, что прошло уже больше часа.

Но если бы он посмотрел на хронометр, то с удивлением обнаружил бы, что воюет всего четырнадцать минут.

Новые, гораздо более многочисленные, чем обитатели болот, колонии этих энергичных порождений техноса преградили ему путь на краю широкой делянки автонов. Серебристые муравьи пришли с той стороны, куда направлялась его группа, и это не сулило Штурману ничего хорошего.

Вдобавок на нервы нещадно давило то обстоятельство, что ни один из его людей до сих пор не вернулся, чтобы помочь своему командиру. Из этого следовало, что они тоже угодили в аналогичную переделку и, в лучшем случае, окружены, а также заблокированы радиоэлектронно.

Одно радовало: плазмомет работал надежно, как швейцарские часы. И вдобавок емкость его аккумуляторов потрясала воображение. Тут определенно не обошлось без каких-то дорогущих артефактов.

Несмотря на это, Юл всячески изощрялся, экономя энергию, и старался палить в небольшие скопления нападавших из армгана. Что и позволило ему дождаться следующего акта драмы в здравом ему и трезвой памяти…