— И к какому выводу склоняешься ты? — поинтересовался я, когда Светозар ненадолго затих.

— Ну уж! — фыркнул он. — Первый выбирают чиновники. Второй — уфологи. Моя задача, как истинного ученого, — третий путь. Похоже, все описанные «твердые» объекты — это лишь приманка. В смысле, временная трансмогрификация. А все реально встречавшиеся землянам объекты внеземного происхождения — они аморфны. Я вообще не удивлюсь, если когда-нибудь мы узнаем, что они еще и живые. Мне кажется, это ключ…

— От чего? — заинтересовался я, тогда еще не знавший таких слов, как «трансмогрификация». — Извини, твою последнюю мысль я не совсем понял…

— А-а, забудь, — рассмеялся Светозар. — Заболтал я тебя, как настоящий уфолог…

На этом мы тогда и расстались. А следующая моя встреча с уфологами произошла уже без Светозара.

Проверку по факту исчезновения Светозара органы внутренних дел провели как-то быстро и небрежно. С участковым уполномоченным Терещенко, подписавшим постановление об отказе от возбуждения уголовного дела, мне довелось встретиться только раз. Вернее дважды, но когда мы с ним топтались у квартиры Светозара, ожидая пока слесарь из управляющей компании взломает замок, поговорить нам не удалось. А спустя неделю участковый сам пришел ко мне домой. Кажется, это было в субботу. Майор Терещенко был предельно вежлив и отказался пройти даже в кухню. Попросил у жены табурет и расположился в прихожей.

— Вы знали, что ваш э-э-э…

— Друг, — подсказал я.

— Да, конечно, друг. Вы знали, что он был уволен из органов по ранению?

Не дождавшись ответа, участковый стал что-то быстро записывать, пристроив пачку бумаги на своей виниловой папке цвета гнилых оливок.

Я прокашлялся, чтобы хоть как-то скрыть свое удивление.

— В смысле?

— В смысле трудился в Федеральной службе охраны. Почти десять лет. А вы что, об этом не знали?

— Нет, не знал, — еще больше удивился я. — Даже не догадывался…

— А о том, что ваш друг состоит на учете в психоневрологическом диспансере, вы тоже не догадывались?

Я оглянулся, пытаясь понять, слышит ли наш разговор моя жена, и перешел в наступление сам:

— А какое, собственно, это имеет отношение к факту его исчезновения?

— Косвенное, — вынужден был согласиться майор Терещенко, продолжая что-то быстро записывать. — Вы знали кого-то из его близких родственников? Можете сказать, где они проживают?

— Что вы там все время пишете? — не выдержал я. — Мы еще и поговорить не успели, а у вас целый роман получился.

— Не обращайте внимания, — отмахнулся участковый. — Продолжайте. Мне нужно знать все. Где вы познакомились со своим другом, когда, при каких обстоятельствах, о чем говорили, часто ли виделись, не имел ли он привычки отлучаться из дома надолго, не предупредив ни соседей, ни вас?

Я хмыкнул.

— Емкий у вас вопрос…

— А вы вспоминайте частями, — успокоил участковый. — Не спешите. У меня лично время есть. Главное, в час уложиться…

В принципе, за этот час я поведал майору Терещенко почти все, что смог. И о нашем первом знакомстве со Светозаром, и о наших долгих спорах, и о его поездках по стране. Светозар действительно уезжал часто. Бывало, что и надолго. Причем в дорогу его мог позвать совершенно непонятный мне повод. Он мог месяцами спокойно изучать в интернете подробные рассказы многочисленных контактеров о встречах с внеземными объектами по всей нашей необъятной стране, а мог сразу собраться, разглядев в разделе «Курьезы» короткое и совершенно безобидное объявление типа: «Вчера в поселке Мусорный Бредятинского района Новочебоксарской области видели НЛО. Почти половина поселка наблюдала его рано утром, когда выгоняла коров. Светящийся шар несколько минут висел над недостроенным кафе «Полюшко-поле», потом поднялся в небо и исчез в восточном направлении. Кого интересуют подробности — пишите, спрашивайте, я отвечу».

В некоторых поездках Светозар задерживался на месяц. В иных — на пару месяцев. Рекорд он поставил в Республике Тыва, на самой границе с Монголией, в восьми километрах от населенного пункта Кунгуртук, на высоте в тысячу триста метров над уровнем моря. Там, посреди небольшого озера Тере-Холь, где на глиняном островке торчат развалины древней крепости Пор-Бажын, он задержался почти на полгода. Кто построил эту крепость и когда именно — доподлинно неизвестно. Известно только, что Пор-Бажын имеет форму правильного квадрата, занимает четыре гектара и содержит фортификационные сооружения, центральную площадь, склады и даже древний дворцовый комплекс. В этих развалинах Светозар и жил. Прятался за стенами непонятного возраста, достигавшими когда-то в высоту двадцати пяти метров, а в толщину — девяти.

Вот только Светозар никогда раньше не уезжал, не предупредив об этом меня. Мало того, я даже ориентировочно знал, когда его ждать. И если он вдруг задерживался дольше расчетного времени, как в Республике Тыва, то всегда находил способ сбросить эту новость мне на мобильный…

— То есть у вас нет версий, где в данный момент может находиться ваш э-э-э… друг? — сделал вывод майор Терещенко.

— Никаких, — кивнул я. — Поэтому и обратился к вам. Я вообще опасаюсь…

— Чего вы опасаетесь? — оживился участковый.

— Даже не знаю, — признался я. — А если он попал в беду?

— У него были враги? Он был должен кому-то значительную сумму?

— Да не было у него никаких врагов! — не выдержал я. — И денег у него тоже не было. У нас каждый день людей убивают — и у каждого убитого есть враги, по-вашему? Иногда, знаете ли, убивают и просто так. По дурости. А если его, например, похитили террористы и держат сейчас в заложниках?

— Ясно, — отступил участковый. — Вы только не горячитесь. Будем искать вашего друга. Это же наша работа, в конце концов…