Вернувшись домой, в Меркантили, я застал всех у ноутбука. План дворца подвергался непрерывной правке, никому до меня не было дела. Тут я и получил возможность сосредоточиться на телепорте. Или сказалась очередная доза из Святого Источника, или подошло время, но телепорт у меня получился. Для начала, я максимально упростил задачу, переместился в пределах комнаты. Раньше мне такая простая вещь в голову не приходила. Затем воспользовался старым способом, и очутился на пустынной дороге, на Земле, там, где прожил целый год Сан Санычем. Длинный прямой участок дороги, в деревушку от трассы, это то, что мне надо. Я «попрыгал» в пределах прямой видимости, и устал. День сегодня был заполнен работой. Последний телепорт был неудачный, я приземлился слишком высоко, и потянул ногу при падении. Присев на поваленное дерево у дороги, я начал лечить связки. Вдалеке, на краю видимости показалась машина. Она ехала в деревню. Подъехав, машина остановилась.

— Здорово, земляк. Подвезти? — высунулся из кабины знакомый лесник.

— И тебе не болеть. Подвези, коль не шутишь.

— Сан Саныч? Тебя не узнать! — удивился лесник, — помолодел, похудел, загорел. Чужой человек!

— Ты же узнал.

— По голосу. Выговор у тебя чудной. Участковый болтал, что дело твоё закрыли. Можешь переезжать обратно к нам. Чудно! Ты тогда сбежал, а они молчок.

— Не захотели отчетность портить. Дом стоит?

— Соседка твоя заботится, даже по квиткам сама платит. За электричество, за землю. Менты твоё добро растащили, но дом стоит целый.

Лесник высадил меня около моего дома, и я зашел к Надежде. Та узнала меня, как и лесник по первым фразам.

— Твоего осталось — волосы и глаза. Операцию сделал? Не хотелось в тюрьму? — посочувствовала Валя.

— У нас такая тюрьма, что простому человеку туда лучше не попадать, — согласился я.

— Потрепали нам за тебя нервы! Всем! — с обидой проговорила соседка.

— Прости. Сама знаешь, не со зла.

— Через пару дней те больные, которых ты «погубил», заявления забрали, и дело прекратили.

— Я заехал сюда на часок, сразу обратно, нечего служивых раздражать. Как закрыли дело, так и откроют. Был бы человек, а статья найдется. Я тебе паспорт свой оставлю и подпишу дарственную на дом. Нечего ему пустым стоять. Лесника позовем, он свидетелем будет.

— Спасибо тебе. Земля на участке у тебя хорошая, унавоженная. Пока я за лесником схожу, ты Татьяну не посмотришь? У нее чирей огромный, стреляет, спать не дает. Уже в город ездила, мазями мазала, таблетки пила.

— Таблетки зачем?

— Одевайся. Здесь по дороге, вместе зайдем.

Случай был запущенный, но для меня лечение не составило труда. Сегодняшнее мое пребывание в Святом Источнике не пропало даром, я испытывал жуткое удовольствие, вылечив Татьяну. Засмущался, как ребенок, от её искренней благодарности, расцвел от похвал.

— Дядя Саша, а вечером баба Таня мне сказку расскажет? Целую неделю без сказки засыпаю! — загорелись глаза у Светочки.

Все мои задумки: строительство замка, поиск владельцев Святого Источника, даже поиск своего «я», показались мне незначительными перед обычной работой знахаря. «Вон как тебе Источник голову задурил», — шептал мне презрительный голосок внутри.

Я успел вернуться до ухода гостей.

— Некрасиво бросать всех и уходить, — выговорила мне Зюс.

— Вы так были заняты планами замка, — попытался я оправдаться.

— Самолюбивый эгоист, — поддержала её Алёна, — гости пришли всего на пол дня, а ты три часа отсутствовал. Но я не почувствовал осуждения. Смотрела Лена ласково, торопилась остаться вдвоем.

— Извини, дружище Кляйн, немного увлекся телепортом. У Леночки загорелись глаза.

— Получилось?

— Потом расскажу. Завтра, ранним утром, начинаю строительство замка, покажешь ваши наработки?

— Меня с собой возьми обязательно, я всё расскажу на месте, — загорелся Кляйн.

— Не проспи, начнем на рассвете!

— Сам не проспи, — кивнул в сторону Алёны Кляйн. Алёна мне озорно подмигнула.

Кляйн накаркал. Сначала Алёна долго показывала и комментировала планы замка.

Потом настала очередь рассказа о брачной церемонии. Хорошо, что я уже забрался в постель и мог, подремывая, поддакивать. Заснул я под утро, беспокойным сном.