Я бросил в трещину камешек и засек время. Затем, пару минут спустя, мне надоело ждать. Прыгать через эту штуку тоже никому не хотелось.

Единственный выход подсказал Боб, и этот выход был не из легких. Надо было взять молоток, благо мы нашли грубые инструменты в одном из предыдущих разветвлений, и продолбить ступени в скале сбоку от трещины.

Так мы в конце концов и поступили, со страховкой, сменяя друг друга каждые четверть часа. Молоток более напоминал кувалду, да и ручка его сделана была отнюдь не под человеческую руку — слишком толстая. Работа адская. Единственное отличие методики от той, что первоначально предложил Боб, было в том, что вместо рубки ступеней мы вгоняли в камень кинжалы купленного Тир комплекта. Выглядело это довольно смешно, поскольку не было решительно никакого способа вбивать опоры для ног — не висеть же на стене головой вниз! Так что «дежурный каменотес» привязывал к поясу страховочную петлю, добирался до последнего вбитого кинжала — на руках! — и вешал петлю на него. Затем он получал возможность забить еще один кинжал левее и ниже предыдущего.

Десять метров трещины мы преодолели за одиннадцать часов. Рекорд. Когда мы перебрались на ту сторону, мы просто попадали на каменный пол. Ночевка образовалась стихийно, и ни у кого не было сил ни на еду, ни на распаковку вещей. Ночью я снова видел дурацкие сны и проснулся совершенно измотанным.

Новое утро — и новый переход. На этот раз мы несколько раз пересекали пробитые гобблинами тоннели, а однажды чудом избежали встречи с довольно многочисленной группой, которая волокла куда-то огромных размеров агрегат неизвестного мне назначения. Больше всего это походило на гигантские кузнечные меха, впрочем, с тем же успехом это могла быть часть системы вентиляции или что-нибудь еще в том же духе. Гобблины протопали мимо нас, сопровождая свои действия бранью, а иногда — и зуботычинами. В коридоре еще долго висел кислый запах пота и еще чего-то, присущего только этой расе.

Коридор, по которому мы шли, все расширялся и расширялся, и в какой-то момент я уже начал задумываться — а не слишком ли хорошо мы идем? Гладко. Я остановился и попытался прикинуть вероятность того, что мы нашли правильный тоннель и правильно прошли все повороты и разветвления. Я очень скоро пришел к выводу, что нам либо очень везет, либо …

Поделившись своими подозрениями с остальными, я принялся за заклинание Истинного Зрения. Чувствовал я себя неважно — сказывалась усталость, я дважды сбивался и начинал снова. Когда же я закончил, стены и потолок вдруг раздвинулись, и мы оказались в зале. Просто — в огромном зале, том самом зале из сна, битком набитом гобблинами. Они вытягивали шеи и глазели на нас, стоящих на невысоком помосте, они свистели, кричали, показывали пальцами словом, вели себя безобразно. Тут же, с краю, были вбиты в стену кинжалы, откуда я заключил, что и через пропасть мы тоже переправлялись здесь, на потеху публике.

— Они поняли! — с отвращением произнес один из гобблинов, выполнявший, видимо, обязанности старшего смотрителя аттракциона. Зал взорвался свистом и криками.

— Придется их казнить, — добавил он с удовольствием. Снова крики. Я вытащил меч и приготовился красиво умереть.

Пришел я в себя, лежа на камне, под каким-то уступом. Небо надо мной позволяло предположить, что я уже не в пещерном городе, но вот о том, как я сюда попал, у меня не имелось ни малейшего представления. Дул легкий прохладный ветерок, и в то же время что-то здорово мешало мне расслабиться.

Затем я сообразил в чем дело — надо мной склонилась Рита, методично похлопывая меня по щекам. После десятой, наверное, оплеухи, я сказал, что хватит.

Приподнявшись на локте, я осмотрелся. Мы находились на вершине горы. Каменная площадка, примерно сто метров в длину и пятьдесят в ширину, была завалена костями. Я поразмыслил, и решил, что раз прежние обладатели этих скелетов не покинули площадку, значит покинуть ее непросто.

— Неприступная скала, — подтвердила Рита, когда я поделился с нею своими соображениями. — Это и есть та самая казнь, которую они для нас приготовили… Ты хорошо дрался, — добавила она, подумав.

— Боб, Ли…

— Все живы, и все здорово избиты. Они там, по ту сторону этих валунов.

Теперь я вспомнил. Есть у гобблинов такая дурацкая манера — кидаться каменными шарами. В нормальном бою это не помеха, я не сказал бы, что они отличаются большой меткостью. Но вот когда их много против одного, особенно на их дурацких представлениях, типа того, что они разыграли с нами… Судя по ощущениям, я был весь покрыт синяками.

— Как мы сюда попали? — я попробовал встать, и застонал. И пару ребер они мне точно сломали.

— В скале дверь, — сказала Рита. — Каменная. Никакой магии, честный замок. Пока ты валялся в отключке, полковник пытался ее расколоть или открыть…

— Расколоть — чем?

— Он бросал об нее камень, пуда три… Ничего, только несколько царапин.

— Плохо.

— Полковник считает, что надо отправляться домой.

— Да… пожалуй. Вода у нас есть?

— Нет конечно! Это же казнь. Зато оставили все наши вещи.

— Фи, как примитивно. Ну да ладно. Пойдем собираться.

Не добрались мы до Огненного Зеркала, подумал я с грустью. А ведь оно где-то рядом, в двух шагах… Как обидно!

Тут до меня дошло, что я совсем не чувствую обиды. Я прошел через несколько занимательных приключений, я завел новых друзей… Вот только что все тело болит — это плохо. Да еще Черный Остров… А если полковнику так нужно это чертово Зеркало, пусть соберет человек триста мужиков, мастеров боевых искусств, я их с удовольствием поведу. И мы пройдем к цели, не прячась и не отвлекаясь на пустяки, типа похищенной женщины.