– В разных местах. Охраняют. Мы редко видим друг друга.

– Почему я не видела никого раньше? Откуда ты появился, когда я стояла перед запертой дверью?

– Мы сливаемся со скалами госпожа. Так надежнее и безопаснее. – В его тихом голосе внезапно прорвались эмоции, словно рассудок этого существа захлестнули собственные воспоминания, несущие отчаянье и боль.

– Почему же я тебя не помню?.. – Лана едва ли осознавала, что произнесла вслух промелькнувшую мысль.

– Вы не могли меня помнить, госпожа… – Внезапно ответил Рамуэль. – Разве обычный плотник достоин внимания знати?

– Ты был плотником? – Лана вдруг вспомнила грубо оструганные деревянные заготовки.

– Давно. Когда… Был настоящим…

Был настоящим… Значит сейчас он осознает, что потерял физическое тело?

– Ты можешь мне рассказать, что случилось? – Лана присела, чтобы не возвышаться на Рамуэлем. – Как ты попал сюда?

Он долго молчал.

– Давно… Память, как вода, она утекала… вместе с обликом… постепенно… Я почти ничего не помню, но иногда хожу туда… Больно, госпожа. – Его глаза словно подернулись пеплом. – Помню, боль, огонь и крики. Потом наступила тьма. Я потерялся в ней. Затем появились вы. Вывели меня сюда, и велели ждать.

Лана стоически выдержала его сбивчивый, малопонятный рассказ, на который реагировала скорее душа, которая уже исстрадалась от горьких, неумолимых предчувствий.

Разум еще держал удары, Лана изо всех сил старалась не сорваться в пучину эмоций.

– Остальных то же привела я?

– Да, госпожа.

– Рамуэль, я видела в кладовой разные предметы. Откуда они?

– Я принес. Когда еще мог носить…

– Принес? Откуда?

Он настороженно посмотрел на Лану, словно спрашивая: "что значит – откуда?!"

– Ладно, пока можешь не отвечать. Там, среди прочего, есть хрустальный шар…

Она не закончила фразы, потому что Рамуэль прервал ее жестом.

– Он не настоящий. Подделка. Настоящий там… Я не смог его унести…

Лана больше не могла терпеть неопределенности.

– Веди. Я устала от загадок.

– Мы пойдем за шаром, госпожа?

– Да. И не задавай пока вопросов, просто укажи путь.

Рамуэль опять подозрительно покосился на Лану, но все же кивнул:

– Идите за мной.

Короткий спуск, плавный поворот винтовой лестницы, мертвенный свет энергетических стражей "тоннеля", и в нем, словно тень на гладкой стене, контур прохода.

– Здесь. – Рамуэль вдруг слился со стеной и исчез.

Лана на секунду оторопела.

Что делать?

Шагнуть за ним в этот едва приметный контур?

Она так и сделала.

Короткое, головокружительное ощущение полета, стремительного перемещения через пространство, и вдруг… в глаза ударили серые краски пасмурного летнего вечера, она поняла, что стоит на склоне холма, у обрыва, под которым текла обмелевшая река…

Обернувшись, она увидела фигуру Рамуэля, похожую на слабое дрожание воздуха. Он был едва заметен, словно сгусток знойного марева, прихотливо принявшего очертания маленькой фигуры, закутанной в балахон.

Взгляд Ланы вдруг перестал различать детали.

Она увидела возвышающиеся над вершиной холма руины замка…

Сознание будто сорвалось в пропасть…

Взгляд скользил по окрестностям, с надрывной нечеловеческой болью узнавая их.

От крепостных стен остались лишь фрагменты, оплывшие бугры, из-под которых кое-где еще виднелись участки разрушенной, выветренной за истекшие века, кладки.

Там где когда-то была рыночная площадь, теперь простирался заливной луг… Высокий травостой скрывал следы неумолимого бега времени, но Лана уже не могла ошибиться, она узнала бы это место даже спустя тысячи лет…

Могучий лес темной стеной высился там, где когда-то росли молодые сосенки, наверное, не одно поколение деревьев сменило друг друга, поглотив в своей чаще существовавший в далеком прошлом перекресток дорог, проложенных повозками торговцев.

Лана медленно повернула голову.

Замок… От него остались лишь возвышающиеся на два-три метра руины центрального укрепления.

Сколько же прошло времени?

Она вдруг ощутила дуновение ветерка. Прохладной овеяло горящие огнем щеки, словно ветер пытался высушить дрожащие на ресницах, туманящие взгляд слезы.

Здесь произошло что-то ужасное. Даже сейчас, спустя бездну времени, руины замка хранили печать человеческих страданий.

Реальный мир. Это реальный мир…

Кто напал на город, разрушил замок, истребил жителей?