На командной частоте раздался еще один сигнал вызова.

– Шелган.

– Вижу. Оставайся на линии Алан. – Командир снял удержание абонента.

– Слушаю, первый.

Капитан Шелган занимался реактивацией трофейных машин. Старший техник серв-батальона воевал под командованием Шмелева уже не первый год, и майор привык доверять его суждениям.

– Проблемы командир.

– Точнее?

– Серв-машины укомплектованы холостым боезапасом. Реактивация «Одиночек» прошла успешно, но они доложили, что не могут немедленно вступить в бой.

Фрайг побери…

Шмелев побледнел. Уже созревший план вмиг рассыпался, как карточный домик.

Без прикрытия, имитирующего остающиеся на позициях машины серв-батальона, ему не вывести подразделение из готового замкнуться кольца. Противник сразу же разгадает маневр, ведь командование сил планетарной обороны наверняка осведомлено, что подготовленные для испытаний серв-машины не в состоянии отвечать огнем: молчание, либо первый же холостой выстрел выдаст подмену.

– Что думаешь Алан?

– Надо уводить батальон, командир. По любому. Мы свою задачу выполнили, базу РТВ взяли, трофейные машины реактивировали. Но без поддержки флота на рубежах долго не устоим. Я не вижу смысла в самоубийстве.

– Знаю. Но как выводить батальон? При такой скорости движения они замкнут кольцо минут через тридцать. Сниматься нужно немедленно. – Комбат принимал сейчас тяжелые решения. – Шелган сколько времени потребуется машинам на смену боекомплекта?

– Минут двадцать. У меня достаточно механизмов технической поддержки. Используем неприкосновенный запас посадочных модулей. Нам все равно бросать их тут.

– Противник уже на горизонте. – Хмуро осведомил его Шмелев. – Кто у нас на северной окраине?

– Верхолин, Саймон, Макаров, Лоренс и Ван Диллан. Три «Фалангера» и два «Хоплита».

Трое опытных пилотов и двое пацанов…

– Шелган, слушай приказ. Остаешься тут, лично контролируешь перезарядку тридцати машин. Соотношение подберешь в точности по составу серв-батальона. Остальные машины с холостым боезапасом уходят с нами. Я вывожу подразделение из кольца. Южный коридор пока свободен.

– Кто прикрывает отступление?

– Сводная группа. Старший – лейтенант Макаров. Дитрих, перезарядишь трофейную технику и примешь командование группой прикрытия.

– Приказ?

– Отступать. Координаты точки встречи тебе передаст Алан.

– Сделаю. Буду вводить машины в бой по мере перезарядки. Мы догоним вас, не сомневайся.

– Я не сомневаюсь, Дитрих. У меня сейчас нет иного выбора. Нет времени даже на смену группы прикрытия.

– Я понял тебя командир. Уводи батальон.

Дитрих прекрасно видел показания на суммирующем экране тактической системы. От линии горизонта катилась лавина сервомеханизмов, – полторы тысяч боевых единиц практически неизвестной модификации. Их нужно не просто удержать на подступах к базе РТВ, а сделать все так, чтобы ни у кого не возникло сомнений, что оборону держит высадившийся серв-батальон. Понять логику Шмелева не составляло труда: противник не имеет понятия, что в рубках высадившихся машин живые пилоты. Уничтожив «Одиночек» они будут считать, что расправились с серв-батальоном.

А дальше посмотрим. – Мысленно сказал себе Шелган. – Был бы флот на орбитах, иное дело, а так командир прав. Иначе батальон не спасти. Вырвемся из кольца тогда и станем думать, почему нас тут бросили, и как теперь выбираться, благо «Нибелунги» целы и надежно замаскированы.

Он искренне надеялся, что ему представиться возможность встретиться с адмиралом Купановым где-нибудь с глазу на глаз, в узких коридорах крейсера «Апостол».

Думать о смерти перед боем – последнее дело.

Дитрих всегда оставлял для себя какую-нибудь важную жизненную цель, которой нужно обязательно достичь. Срабатывало безотказно и не единожды.

Жить будем…

Он вызвал Макарова, выводя из подземных ангаров четыре десятка серв-машин, уходивших вместе с батальоном.

Технические дройды уже занялись делом, сопровождая первое боевое звено к ближайшему посадочному модулю для перезарядки, и капитан Шелган был краток:

– Тебе продержаться пятнадцать минут лейтенант. После истечения срока – отходи. Время пошло. Через четверть часа «Одиночки» начнут вступать в бой.

– Понял тебя.

Состояние у Шмелева было паскудное.