Солдат успокоился, так и не проснувшись окончательно, и Вал Кон призраком скользнул дальше, а потом вышел из казармы и растворился в ночи.

В центр связи Вал Кон направился в последнюю очередь: диверсия в центре потребует очень быстрых действий и связана с наивысшим риском себя обнаружить.

Вал Кон забился в узкий темный проход между баком с водой и металлической будкой с икстранской надписью: «Опасность: Высокое напряжение». Задержавшись там, он проанализировал ситуацию.

В Центре связи ярко горел свет и кипела жизнь. У входа стояли двое часовых, кто-то постоянно приходил или уходил. Вал Кон хмуро отметил, что на испещренных шрамами лицах этих входящих и уходящих изобилуют офицерские татуировки.

Что-то произошло. И что-то значительное. Он был в этом совершенно уверен.

Он глубже ушел в тень между двумя строениями, наблюдая, как снуют офицеры. Он сверился с внутренними часами. До первого взрыва, который потрясет лагерь, оставалось пятьдесят минут. Здравый смысл говорил ему, что вряд ли за это время, подслушивая под дверями икстранцев, можно узнать нечто стоящее.

И все же… А если высадился Пятнадцатый Корпус?

Вал Кон скользнул к самому краю темноты, затаил дыхание, наметил себе путь через ярко освещенную полосу — и стал ждать. Его терпение вскоре было вознаграждено: одновременно явились трое возбужденных офицеров, начавших толкаться у дверей, и отвлекли внимание часовых ровно настолько, чтобы он успел стремительно пересечь опасную полосу света и нырнуть в тень за хлипкой времянкой. Оттуда вдоль проводов он добрался до своей цели.

На залитой солнцем восточной террасе Антора йос-Галан внезапно оторвалась от завтрака и, нахмурясь, обвела взглядом безлюдные газоны.

— Дживз… — негромко позвала она.

Огромный робот, стоявший позади ее стула, отозвался мужским голосом с интонациями образованного землянина:

— Работаю, мисс Антора.

— Мне представляется… что у нас гости. Четверо?

— По одному на каждую сторону света, — спокойно подтвердил дворецкий йос-Галанов. — Мне ими заняться?

Секунду она сидела молча, кусая губы и рассматривая ауру незваных гостей. Холодность, неуравновешенность, дисгармония и уродство. Каждая аура настолько походила на остальные, что можно было подумать, будто все они мыслят одним мозгом. Но — нет. Ей уже приходилось видеть подобных людей. Раз познакомившись с работой Департамента Внутренних Дел, ее уже ни с чем нельзя спутать.

— Как они сюда пробрались? — спросила она у робота.

— Проверяю файлы контроля границ. Имею отклонение длительностью в шестьдесят три секунды полчаса тому назад. Приношу вам мои извинения, мисс Антора. Они проникли через особенно устойчивую часть границы. Я вижу, что необходимо применить более сильные меры, хотя использовать принуждение неприятно.

Она повернула голову и удивленно посмотрела на шарообразную «голову» без человеческих черт лица, на секунду забыв об угрозе со стороны потенциальных убийц.

— «Принуждение»? Дживз, братья говорили мне, что пока тебя не переделали в дворецкого, ты был боевым роботом! Надо полагать, что в прошлом ты использовал принуждение.

— Можно практиковать искусство выживания, не получая от этого удовольствия, — заметил Дживз, протягивая руку с захватом к чайнику. — Могу я подогреть вам чашку?

— Спасибо, — сказала она и подала ему чашку, молча дожидаясь, пока она будет наполнена, а чайник — возвращен на место.

— Скажи мне правду, Дживз. Ты действительно был боевым роботом?

— Я много чем был, мисс Антора. Как и подобает побудительной силе Независимого Вооруженного Военного Модуля. Мне заняться теми, кто вторгся на наш газон? Это займет всего несколько мгновений.

Антора отпила немного чаю и мысленно коснулась ауры на востоке. Лениво, небрежно, почти весело она применила свою волю к уродливой холодности. И ощутила, как что-то сдвинулось внутри конструкции, воздвигнутой Департаментом Внутренних Дел.

Антора сделала еще глоток, по-земному покачала головой и неспешно отставила чашку в сторону.

— Нет, — ответила она роботу, — не трогай их. Они здесь не задержатся.

Джейсон невозмутимо выслушал его, а потом встал и направился в дальний угол палатки.

— Кофе, парнишка? Не очень свежий, но чай еще хуже.

Вал Кон откинулся на спинку раскладного стула. Теперь, когда все закончилось, он мог позволить себе почувствовать усталость.