— Конечно, не можете, — согласился он.

Почему-то ее успокоило это заверение, произнесенное низким, хрипловатым голосом. Самив на секунду закрыла глаза, но сразу же открыла их, в силу необходимости своих обязанностей второго пилота.

— Делму, безусловно, желателен этот брак. Я… я просила бы вашего разрешения, до подписания свидетельства о браке… подойти к Дереву и… и увериться в том, что это… просто… дерево.

— А! Но, видите ли, это не просто дерево. — Он секунду молчал, а потом спросил: — Вашему Делму известно о том, что вы обратились с этим ко мне?

Она посмотрела на него, но увидела только профиль и быстрые уверенные руки на пульте.

— Моя Делм… уверена… что сны прекратятся, как только свидетельство будет подписано.

— Понятно. — Он вздохнул и бросил на нее один из своих быстрых и непонятных взглядов. — Передайте все управление мне, пожалуйста. Спасибо. В отношении нашего задания — в кармане у вашего кресла находится пистолет. Было бы желательно, чтобы вы его проверили. В этом случае не будет никаких неожиданностей, если вам придется его применить.

Она воззрилась на него, попыталась заглянуть в глаза, которые ничего ей не говорили.

— Вы считаете…

Он повел головой из стороны в сторону.

— Мы можем обнаружить, что все в порядке, и в этом случае нам просто придется выпить чаю и продемонстрировать наши прекрасные манеры.

Самив вытащила из гнезда пистолет.

— Но вы так не думаете.

— Не думаю, — мягко согласился он. — Всю мою жизнь меня преследуют предчувствия. Время от времени какое-нибудь из них оказывается простым несварением желудка. — Он бросил на нее взгляд, в котором было слишком много веселья. — Все члены Клана Корвал — сумасшедшие, знаете ли.

Самив опустила глаза и открыла зарядное устройство.

Где-то посредине красоты формул прозвучал звуковой сигнал. Чуть позже появился свет.

Эллиана оторвала часть внимания от расчета движения планеты с обратным направлением орбиты и подняла отяжелевшие руки. Затекшие пальцы попытались ухватиться за… пустоту.

Крышка модуля гипнообучения была открыта. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы осознать смысл случившегося.

Она свободна.

Свобода принадлежала к подгруппе вещей, которые были дороже рубинов.

Эллиана резко села — и вскрикнула: ее тело сообщило ей одновременно обо всех ссадинах, которые она получила при стычке с братом. Дополнительная информация включила в себя невыносимую жажду.

Комната закружилась вокруг нее. Она с трудом собрала разбегающиеся данные в связную картину, проковыляла к низкому столику, подняла тяжелую вазу, полную увядающих цветов, и, ковыляя, вернулась к капсуле.

Цветы и раствор отправились в программный блок, который заискрил, зашипел и защелкал. Подняв вазу обеими руками, она замахнулась на ручки управления. Первый удар оказался неудачным. Сила промаха сбила ее с ног, и она упала лицом на ковер.

Давясь, она с трудом поднялась на колени, еще раз обхватила руками вазу и ударила по пульту управления.

На этот раз удар попал в цель — и оказался достаточно сильным, чтобы оставить вмятину на лицевой плате. Эллиана всхлипнула. Пульт управления мигал и расплывался у нее перед глазами. Она подняла вазу, уставившись на главный циферблат, заставив себя увидеть его сквозь изображения, которые мигали и мелькали перед ее мысленным взором. Циферблат стабилизировался, и она замахнулась изо всех сил.

Стекло разбилось, приборы пронзительно завизжали — и замолкли.

Эллиана уронила вазу, оперлась на край капсулы и поднялась на ноги, озираясь по сторонам. Комната бессмысленно искажалась, предметы пульсировали, края расплывались в ничто, изображение звездной системы, которую она никогда не видела, накладывалось на все вокруг. Она пыталась — пыталась вспомнить. Что-то. Что-то — очень важное.

В комнате было сумрачно. За раскрытым окном стояла темнота. Что-то. Цифры, выстроенные рядом в форме номера личного комма. И в памяти низкий, любимый голос прошептал:

— Свяжись со мной, Эллиана, в случае необходимости…

В кабинете был комм. Она это точно знала. Около… около окна. Да. Сквозь пульсирующие звезды она могла рассмотреть окно. Сначала одну ногу…

Она споткнулась о столик, потеряла равновесие и упала на пол, обрушив лавину безделушек. Тяжело дыша, она поднялась на колени, сориентировалась — и остальную часть пути к окну ползла. Добравшись до него, она поднялась на ноги, подтянувшись за встроенный книжный шкаф, положила руку на его верхнюю полку и стала медленно передвигать ее, нащупывая комм.