– Ага, – кивнул Меркадор.

– А я – второй. Но все равно в шоке: сюда слетаются все, кто хоть что-то понимает в бизнесе. На запах Больших Денег, наверное. Видите вон тот «Даймонд»? Он называется «Цецилией». И принадлежит главе корпорации «YTW» господину Ваню Лянюю…

– Он что, прилетел сюда ЛИЧНО? – искренне удивился Оборотень.

– Ага. Причем чуть ли не сразу же после того, как командующий ВС НСЛ отменил Красный Код. И улетать пока не собирается.

– Забавно.

– И только? – Зглейц возмутился так, как будто замечание Оборотня касалось его самого. – Ха! Вон та белая «Корона» принадлежит Михаилу Завадскому. Слышали о таком?

– Министр иностранных дел Новой Зари?

– Да! Правая рука Виктора Лоо. Знаете, как его называют в дипломатических кругах?

– Нет! – Марио заинтересованно посмотрел на страшно довольного собою собеседника.

– «Ни шагу без ЦУ», – захихикал Мечислав. – Чертовски скользкий тип. Но хватка у него – как у погрузочного робота.

– Может, не у него, а у Лоо?

– Про Лоо я вообще не говорю. Тот – весь в отца. Я про Завадского – если он тут, значит, обязательно урвет какой-нибудь кусок пожирнее. О, а вот и наш второй флаер.

Зглейц не умолкал до самого отеля – дорвавшись до благодарного слушателя, он вывалил на Марио все сплетни о власть имущих, которые когда-либо ходили по Эквинду. Мало того, получив карту-ключ от своего номера и прописав идентификационные коды на свой комм, он тут же предложил продолжить общение в одном из ближайших ресторанов.

Чтобы отвязаться от слишком болтливого «коллеги», Марио пришлось сослаться на необходимость привести себя в порядок перед заранее запланированной встречей. И пообещать поужинать в компании Мечислава в один из ближайших дней. Впрочем, для того чтобы отвязаться от чересчур назойливого коллеги, этого оказалось мало: Зглейц прервал очередной рассказ о каком-то «денежном мешке» только тогда, когда сообразил, что проводил Меркадора прямо до его номера.

Попрощавшись с Зглейцом и затворив за собой дверь, Оборотень бросил сумку на диван и, прикоснувшись к комму, скинул на искин апартаментов пакет любимых настроек господина Азарова. Свет потолочных панелей тут же стал чуточку менее ярким, в гостиной заиграла тихая музыка, а напротив кресла, стоящего у панорамного окна, развернулся большой голоэкран.

– Галанет. Хилтти. Новости за неделю, – стягивая с себя рубашку, распорядился Марио. И с интересом всмотрелся в мешанину рекламных и новостных блоков браузера.

Новость о попытке членов «Белого Братства» взять штурмом офис компании «Гэлэкси-комм» занимала только сто двадцать девятую позицию. И имела рейтинг всего в четыреста тысяч обращений в минуту. Поэтому, прежде чем ознакомиться с результатами реализации первой части своего плана, Меркадор был вынужден просмотреть десятка три совершенно не нужных ему репортажей. Да и с самим двадцатиминутным роликом пришлось знакомиться «по диагонали». Впрочем, этого оказалось вполне достаточно.

Сотрудники МБ встретили членов Братства за два квартала от здания «Гэлэкси-комм». Сотни полторы полицейских, пара десятков патрульных машин и восемь «Мастодонтов». Добравшись до силового поля, перегораживающего улицу, процессия ненадолго остановилась. Кто-то из Братьев, кажется, Брайан Мак Финини, произнес коротенькую речь, в которой очень аргументированно доказывал свое право передвигаться по городу как в гордом одиночестве, так и в компании друзей. Однако завершить свое выступление ему не удалось – буквально через три минуты в тылу процессии возникли еще три «Мастодонта».

Перекошенное лицо Айюба Махматханова, первым воскликнувшего: «Это ловушка!» – мелькнуло в кадре буквально на секунду. Зато каждое шевеление Милы Валлентайн, подавившей генератор силового поля и добросившей до ближайшего флаера «стакан» АПП, показали раз двадцать. Как и дергающийся при каждом выстреле ствол древнего дробовика в руках Левона Мкртчяна. Впрочем, ничего удивительного в этом не было – операторы ботов выполняли приказ. И снимали только то, что укладывалось в разработанный «безопасниками» сценарий.

Растерянные лица полицейских, хрипы «сдохших» акустических систем патрульных флаеров, попытки выпрыгивающих из «Мастодонтов» бойцов ОСНАЗа [134] остановить бросившихся напролом братьев – каждый фрагмент ролика убеждал зрителя в том, что «безопасники» сделали все, чтобы решить дело миром. И открыли огонь на поражение только тогда, когда стальной гвоздь, вылетевший из пневмомолотка клона Меркадора, пробил пластиковое забрало шлема одного из полицейских. И вошел в его мозг.

Слушать разглагольствования ведущего новостного канала отставной Оборотень не стал. А вот интервью с начальником регионального управления полиции прослушал от начала до конца. Пытаясь понять, не заметили ли «безопасники» каких-то шероховатостей между спущенным им планом операции и тем, с чем они реально столкнулись. Увы, однозначного ответа он так и не получил – девяносто процентов времени интервью полковник Бернс высказывал искренние сожаления по поводу гибели тридцати семи граждан Конфедерации и старательно убеждал зрителей не нарушать Закон. Впрочем, кое-какие выводы удалось сделать из роликов, помещенных в интерактивную часть передачи: судя по тому, что наснимали независимые журналисты, особых мероприятий по идентификации жертв этого столкновения полиция проводить не собиралась. И не собиралась давать такую возможность даже родственникам погибших: тела жертв акции грузились в флаеры СЭМП [135] под охраной бойцов ОСНАЗа и тут же увозились куда-то в сторону городского морга.