Двое униформистов передвинули причудливое сооружение ближе к выходу с арены. Затем поставили на попа дотоле лежащий плашмя на платформе высокий продолговатый ящик и подкатили к нему блестящую хромом лесенку в пять ступеней.

Оркестр смолк. На арену величественной походкой снова выплыл шпрехшталмейстер.

– Невиданный аттракцион!

Пауза. Оглушительная дробь барабанов рассыпалась по залу. Шпрехшталмейстер, поморщившись, жестом остановил барабанщиков и в полной тишине провозгласил:

– Человек-невидимка!

– Новый номер, – зачарованно прошептал Тимка.

– Он самый, – кивнул Мишка. – В Интернете про невидимку ничего не было.

– Впервые в мире! – гулко разнесся под куполом голос шпрехшталмейстера. – Новый неповторимый аттракцион! Человек-невидимка! – повторил он.

Строгий черный фрак фокусника вспыхнул и засиял, словно на нем внезапно зажглись тысячи ярких маленьких лампочек.

Цирк захлестнул шквал аплодисментов.

– А теперь, дамы и господа, самое главное, – с загадочным видом проговорил шпрехшталмейстер. – Маэстро Альтони-Мышкин предоставляет любому из вас возможность испытать себя в его феноменальном аттракционе. Всех желающих прошу на сцену.

– М-мишка…

От волнения Тимка стал даже заикаться. О подобной удаче он и не мечтал.

– Размечтался, – пожал плечами друг. – Так он и пустил чужого участвовать в фокусе, чтобы секрет его узнали. Ты, Тимка, как маленький. Ну, выйдут какие-нибудь дураки, а выберут все равно своего, подсадного.

Слова его услыхали девочки.

– Боишься, Мишенька? – с издевкой начала Оля. – А то превратят в невидимку и не вернут обратно. Слабо тебе в фокусе поучаствовать?

– И Ми-ишке слабо, и Ти-имке слабо, – с охотою поддержала подругу Юля.

– Лично мне – не слабо! – вспыхнул Тимка. – Я и так собирался.

Резко поднявшись, он двинулся к арене. Мишка, бросив уничижительный взгляд на девчонок, последовал за ним.

Пример друзей оказался заразителен. К тому времени, как они достигли барьера, туда уже с разных сторон прибыло человек семь. И не только мальчишки, но даже три девчонки. Одна – высокая, здоровенная, на голову выше остальных. Она не сводила угрюмого, тяжелого взгляда с Альтони-Мышкина. «Прямо Илья Муромец в девчачьем обличье», – невольно подумалось Тимофею. Другая, маленькая и худенькая, с короткой стрижкой под мальчика, заметив, что Тимка на нее смотрит, немедленно скорчила ему рожу и показала язык. Третья, с потрясающей копной золотисто-рыжих кудряшек, так и сияющих под светом прожекторов, весело улыбалась. «Нормальная девчонка», – отметил про себя Тимофей.

– А Олька с Юлькой, между прочим, не пошли, – ухмыльнулся Мишка. – Им бы только ржать.

Тимка лишь отмахнулся. Юлька с Олькой его больше не интересовали. Он думал совсем о другом: может, Мишка и прав, но вдруг все-таки удастся попасть в фокус…

– Давайте, давайте, смелее, – ободряюще махнул рукой фокусник. – Аплодисменты отчаянным! – потребовал он у публики.

На сей раз в зале не только захлопали, но и принялись топать ногами, а кто-то даже пронзительно засвистел.

– Как ты думаешь, Тимка, который из них подсадной? – заинтересовался Мишка.

– Да погоди ты, – вновь отмахнулся друг.

Обведя взглядом «отчаянных», Альтони-Мышкин покачал головой и воскликнул:

– Как вас много! Что же делать? Выбор труден. Где мой волшебный цилиндр?

Ассистент немедленно его подал. Фокусник вынес решение:

– Пусть все решится по воле жребия!

Пошарив рукой в цилиндре, маэстро извлек оттуда горсть белых шариков.

– Сколько нас, значит, тут? – посмотрел он на кандидатов. – Ага, девять.

Отсчитав восемь белых шариков, фокусник снова кинул их в цилиндр. Затем достал из кармана точно такого же размера шарик, но только красный, и продемонстрировал его публике.

– Счастливый билет.

И красный шарик отправился в цилиндр к своим белым собратьям.

– Теперь прошу великодушно меня извинить, – обратился к ребятам Альтони-Мышкин. – Ассистент, завяжите им глаза.

Это было мигом исполнено. Ребята стали по очереди тянуть жребий. До Тимки счастье успели попытать уже шестеро. Всем достались белые шарики.

Запустив руку в цилиндр, Тимка подумал: «Если жребий обязательно должен вытянуть кто-то свой, а глаза у всех завязаны и цвета не разглядишь, значит, красный будет отличаться от белых на ощупь». Мальчика охватил азарт. «Вот определю сейчас, – принялся, не торопясь, перебирать шарики он, – и сломаю им все планы. Посмотрим, как они будут выкручиваться, если красный окажется у меня!»

Однако, сколько он ни пытался ощутить разницу, все было тщетно. «Наверно, секрет в другом, – мелькнула у него новая догадка. – Здесь все шарики белые, а красный запрятан в специальный потайной карманчик. Свой человек об этом прекрасно знает и поэтому достает оттуда красный, а лишний белый прячет. И получается все вроде бы честно, а на самом деле – сплошной обман».

– Решительней, молодой человек, решительней! – поторопил его Альтони-Мышкин.

«Сейчас я тебе покажу «решительней»!» – Тимофея охватил еще больший азарт. Пальцы его лихорадочно ощупывали каждый миллиметр шелковой подкладки, но никаких карманчиков не обнаружилось.