Шрифт:
— Прямо «Сайлент-Хилл» какой-то, — прошептала Алёнка.
Юра нащупал между сиденьями свой боевой фонарь, взял наизготовку и первым вылез из машины.
Чёрный пёс так и лежал неподвижно в позе сфинкса у крыльца.
— Кобзарь, — сказал Вася. — Это гости, понял?
Пёс наклонил голову.
— Гости, это Кобзарь. Всё знает, всё понимает. Но лучше по двору ночью зря не шастать.
— А в сортир?
— В доме сортир.
Выбралась Алёнка с рюкзачком, где у неё был аварийный запас. Юра запер машину.
— Ну, входите, гости нежданные, — сказала хозяйка. — Чем богаты…
В доме мощно пахло сушёными грибами; связки их в изобилии висели повсюду.
— Люда, — протянула ладошку хозяйка. Она была довольно высокая, худощавая, с уставшим малоподвижным лицом и неожиданно живыми глазами.
— Алёна.
— Юра.
— Ну а Васька… сейчас придёт. Он иногда болтает лишнего, не обращайте внимания. Ужинать будете? Мы-то уже, а вы…
— Ой, да не утруждайтесь, — сказала Алёна. — У нас с собой.
— Не по-людски… — уже спиной говорила Люда, склоняясь перед освещённым нутром холодильника, — сейчас, сейчас, хоть крошечку…
И почти мгновенно на столе образовались миска с картофельным салатом, тарелка крупно нарезанной ветчины и две миски с грибами: жареными, приправленными горчицей, и солёными, политыми подсолнечным маслом.
— Не стесняйтесь, я с вами просто за компанию посижу, а вы ешьте, ешьте, в городе еда не такая…
Появился хозяин Вася с бутылкой в руках и собранными в щепоть маленькими стаканчиками.
— Вот. Не знаю, как у вас заведено, а у нас принято перед ужином принять по маленькой…
— Васька!
— Сорок лет я Васька. Не возражай. Пьяным когда меня видела?
— Ладно, — смягчилась Люда, — капни по маленькой, что-то и я устала сегодня… Давайте за знакомство.
Разговор завязался. Хозяева оказались не совсем хозяевами, а арендаторами. Откуда сами? — переглянулись и на миг замялись. Из-под Любечей. Где это? Украина, белорусская граница…
— Зона? — спросила Алёна.
Две головы согласно кивнули. Только сейчас Юра увидел, как эти люди похожи друг на друга. У него круглое одутловатое лицо, у неё — длинное измятое, а вот поди ж ты… да, неспроста на переселенцев из окрестностей Зоны смотрели почему-то как на прокажённых; считалось, что соседство с ними то ли приносит несчастье, то ли они вообще заразные…
Большая часть переселенцев оказывалась в Сибири или на Дальнем Востоке, некоторая — в Поволжье, ещё сколько-то разбредалось по всему миру, хотя препоны, которые им чинил цивилизованный мир, ни в рамки здравого смысла, ни в рамки всяческих конвенций о беженцах и вынужденных переселенцах не укладывались; но давно уже было замечено, что Запад врёт как дышит.
То есть Россия тоже врёт, но когда она врёт, то за неё становится неловко — так неуклюже и неумело она это делает. А те… Виртуозы.
Поговорили на эту и другие интересные темы (в частности, что Люда была библиотекарем, а Василий — инженером-наладчиком автозаправочного оборудования), и незаметно оказалось, что времени уже двенадцать, а хозяевам вставать в пять. Люда проводила Юру и Алёнку в гостевую половину…
…и оказалось, что там одна кровать-полуторка, уже застеленная, и даже угол одеяла откинут.
— Якорный бабай… — сказал Юра. — Неловко их снова беспокоить… ладно, я тут на полу…
Алёнка молча села на край кровати, нахохлилась.
— Не надо на полу, — сказала она. — Иди сюда. Сядь. Дай руку…
— Ты дрожишь, — сказал Юра.
— Дрожу. Проклятая Зона, везде достанет. Ты…
— Что?
— Обними. Вот так. Всё. И молчи.
Они долго сидели в тишине, потом Алёнка осторожно освободилась из объятий, невесомо порхнула к выключателю и погасила свет.
— Так лучше, — сказала она.
5
И да: так хорошо, как в следующую неделю, Юре не было никогда в жизни. Казалось бы… а вот. И если верна теория «половинок», то это была та самая единственная его половинка, без которой он был нецелен. А теперь стал. Слепой прозрел, безногий пошёл, спящий проснулся. Пробило изоляцию. Прежде ничего подобного не случалось. Сколько у тебя женщин было? — пытался он себя осаживать и охлаждать. Тридцать, сорок? Да, отвечал он себе, где-то примерно столько… а толку? Можно считать, что не было ни одной. И вообще это что-то другое.