– А может, это… может, ты тоже компенсируешь недостаток фактов? Воображением, а? – вздохнул Крячко. – А по-моему, все это полная чепуха. Сейчас много развелось всяких чудаков, типа Робин Гуда… Просто грабить им уже неинтересно – обязательно нужно какую-то базу под свои безобразия подвести… Кино насмотрелись.

– Тут другое, – сказал Гуров. – То есть, может, база и присутствует, но они на ней внимания «клиентов» не заостряют. Разве что вот сказали Белинкову, мол, денег он себе всегда заработает. Я так понимаю, что дело для них прежде всего. Потому до сих пор и не попались. И еще к бандитскому загулу эти люди не склонны. Ни разу после предыдущих ограблений никто из них не засветился. Не из этого они круга. Поэтому и не придут завтра информаторы и не шепнут, что, мол, Петька Рваный кассу взял и теперь третий день в «Арагви» гуляет… Я, Стас, может быть, и ошибаюсь, но интуиция мне подсказывает, что если и ошибаюсь, то совсем немного…

– Кто же они, по-твоему? – спросил Крячко. – Из какого круга?

– А вот это вопрос, – сказал Гуров. – Жизнь покажет. Учитывая их определенную ловкость и организованность при нападениях, возможно, это спортсмены. Или бывшие военные. Или даже не бывшие.

– Или, скажем, менты, – в тон ему добавил Крячко.

– А вот менты вряд ли, – помотал головой Гуров. – И все по той же причине. Менты бы, пожалуй, дверь вскрыли – и без труда.

– Вот мы с тобой тут так благодушно рассуждаем, – заметил Крячко. – А ведь вполне может статься, что они и вскрыли. Никто этого не проверил, а может быть, квартирку-то Гаврилова тоже обчистили?

Гуров озадаченно посмотрел на Крячко.

– Иногда тебе в голову действительно приходят неожиданные мысли, – признал он. – И в самом деле, никто и не подумал проверить квартиру Гаврилова. Все успокоились на том, что сказал Белинков, а поскольку никаких заявлений от семейства Гавриловых не поступало… Нет, определенно нужно побыстрее встретиться с детьми журналиста. Белинков дал мне телефон его дочери. Я звоню сейчас же.

Лев достал мобильник и быстро набрал номер. Прижимая трубку к уху, он озабоченно уставился на Крячко, который наблюдал за ним с интересом. Гуров больше всего боялся, что владелицы телефонного номера не будет дома, и, когда ему все-таки ответили, лицо его прояснилось.

– Здравствуйте, Анастасия Петровна, – я не ошибся? – сказал он. – Очень приятно! Вас беспокоит старший оперуполномоченный по особо важным делам полковник Гуров. Я намеренно так пышно, чтобы вы сразу настроились на нужный лад. Потому что дело у меня к вам как раз особо важное. Вы уже слышали, что у вашего соседа несчастье – то есть я имею в виду соседа вашего батюшки, артиста Белинкова? Да-да, его квартиру вчера ограбили. Нет, сам он жив и здоров, слава богу… А вам я звоню, потому что хотел бы выяснить некоторые подробности – ведь вы, говорят, присматриваете за квартирой своего отца?

– Действительно, я там бываю время от времени, – настороженно ответила дочь журналиста. – А в чем, собственно, дело? Или вы думаете, что я могу иметь отношение к ограблению квартиры?

У нее был уверенный властный голос. Гуров подумал, что очень некстати будет, если Анастасия Петровна окажется каким-нибудь начальником. Начальники, даже самые маленькие, крайне болезненно воспринимают вмешательство милиции в их частную жизнь.

– Ну что вы, Анастасия Петровна! – укоризненно сказал Гуров. – Ничего подобного мне и в голову не приходило. Просто есть реальные опасения, что квартира вашего отца тоже могла пострадать. Правда, визуально все в порядке, но мы хотели бы убедиться. Давайте договоримся, когда нам с вами лучше встретиться.

– Вы говорите, квартира отца могла пострадать? – озабоченно спросила Анастасия Петровна. – Вот не было печали… Я немедленно еду туда! Если вам нужно со мной встретиться, то лучше всего будет сделать это сейчас. Я буду минут через десять-пятнадцать.

На самом деле она оказалась гораздо расторопнее – белая «Лада», за рулем которой явно угадывался женский профиль, остановилась возле дома минут через восемь после разговора. Пышная блондинка все делала быстро – резко затормозила, мгновенно покинула салон, мгновенно заперла ключом дверцу и устремилась ко входу в подъезд. Оперативники, не сговариваясь, выскочили из машины и бросились ее догонять.

– Анастасия Петровна! – окликнул Гуров, когда женщина уже была у самой двери. – Подождите!

Блондинка обернулась. Дочь журналиста не была дурнушкой, но назвать ее привлекательной было бы явным преувеличением. Властное рыхловатое лицо с чересчур крупными чертами, чрезмерная полнота, которой она, судя по всему, и не скрывала, отдавая предпочтение одежде, подчеркивающей пышные формы. Сейчас на ней был брючный костюм салатного цвета. Гуров обратил внимание, что левая брючина под коленом слегка запачкана чем-то вроде солидола – наверное, сама возится с машиной, с уважением подумал он. Гуров не мог себе этого разумно объяснить, но наличие у Анастасии Петровны мужа казалось ему маловероятным, хотя даже на первый взгляд женщине было уже далеко за тридцать.

– Подождите, Анастасия Петровна, это мы вам звонили!

– Мне звонил один человек по фамилии Гуров, – неприветливо произнесла женщина, подозрительно рассматривая мятые брюки Крячко. – Во всяком случае, так мне показалось.

– Разумеется, звонил я один, – улыбнулся Гуров. – Имеется в виду, что мы работаем вместе. Разрешите представить – полковник Крячко.

– Что – тоже полковник? – удивилась Анастасия Петровна. – И тоже по особо важным?

– Важнее не бывает, – пробурчал Стас, задетый ее пренебрежительным тоном. – Можете убедиться, если сомневаетесь, – он сунул ей под нос удостоверение.